Иногда жизнь подкидывает такие ситуации, в которых ты не можешь думать и решать. Ты лишь повинуешься мимолетному импульсу, действуешь с одной целью – спасти себя. Я даже и не запомнила, как одним движением отодвинула неприкрепленный внизу лист железа и прошмыгнула за забор. Все случилось так быстро, что опомнилась я лишь, когда уже стояла по обратную сторону от ночного любителя выпить.
Расслабиться получилось лишь на краткое мгновение – я сразу вспомнила, где теперь находилась. Тот самый пункт назначения находился прямо передо мной и теперь нас ничто не разделяло. Два высоких фонаря заливали его светом с двух сторон, не оставляя мне пути подхода. Решимость испарилась, мои ноги, словно вросли в землю. От страха можно долго бежать, но понравится ли тебе место, в котором ты потом окажешься?
Канат, который тянул меня вперед все это время, внезапно оборвался и я потерялась. Прижимаясь спиной к холодному железу, я медленно опустилась, присев на колени. Боже, что делать дальше? Какая же я дура! Двор пустовал, молчаливые ряды грузовых машин строились и справа и слева от меня, никаких признаков жизни, кроме меня, не наблюдалось. Казалось, что все погрузилось в ночной сон. Или в него превратилось. В мой самый страшный кошмар.
Как же мне повезло, что здесь не было ночной смены или сторожевых собак. От страшных вариантов вектор мыслей тут же сменился. Я не должна тут быть, - промелькнуло в голове. Сначала робко, потом умеренно, а через минуту простое убеждение уже доминировало над всеми остальными чувствами и сомнениями.
Я не знаю, чтобы я делала дальше и как бы развивались события ночи, если бы в том момент, когда я встала и выпрямилась, готовая вернуться обратно к машине и поехать в полицию, из-за стен серого здания не послышался крик. Полный боли и страха, высокий, пронзительный женский крик.
Огромный холл со странными подъемными механизмами и рядами коробок различной высоты и ширины утопал в тенях. Чьи-то шаги эхом отскакивали от голых стен и зацементированного пола. Я пряталась за грудой деревянных ящиков, прижимаясь к ним спиной, и руками закрывая рот. В какой-то момент мне даже почудилось, что меня начинает тошнить от нервов и что голова идет кругом от страха, захлестнувшего тело. Ноги и руки ходили ходуном от крупной дрожи. Я дышала так рвано, словно мои легкие прошили пули.
Там, в глубине холла были люди. Удача, которая сопровождала меня этим вечером и позволила добраться до таких вершин, испарилась в тот же миг, когда я, проникнув в здание через черный вход, пошла на звук работающих моторов и очутилась в каменном цехе. Сначала я слышала только непонятную возню – что-то тащили по полу, что-то роняли. Пригнувшись, я медленно стала пробираться к массивным кордонам из коробок и ящиков – за ними можно было спрятаться и попытаться разглядеть происходящее. Но не успела я и сделать пару шагов, как отзвук моих робких шагов отозвался сначала где-то под потолком, а затем – от стен. Я тут же замерла на месте, боясь даже лишний раз вздохнуть. На секунду мне показалось, что возня прекратилась, как будто похититель остановился вместе со мной и напрягся, как настоящий хищник перед броском. Кто сказал, что молчание золото? Посмотрела бы я на того умника, прислушивающегося к действиям противника, которого он даже не мог увидеть. От этой паузы кровь застыла в жилах.
- Слышал?
- Нет. Поторапливайся. У нас не больше двадцати минут, - ответил суровый мужской голос. Его я узнала. И он был не один.
Мысли тут же заметались в моей голове, как перепуганные зайцы. Развернуться и выйти, пока меня не обнаружили? Но как это сделать, если колени трясутся, а руки почти не слушаются? Их двое! По меньшей мере, двое! Но где Алина? Почему я не слышу ее голоса? Что они с ней сделали?
Я медленно присела, словно в моих коленях было стекло, и дрожащими пальцами расстегнула молнию ботинок и разулась. Освещения не хватало и оставалось только молиться о том, чтобы ступни не угодили на осколки или ржавый гвоздь. Как только я ступила на пол, то почувствовала ледяной холод. Помещение явно не отапливалось. Но трясло меня не от холода, а от понимания того, куда меня загналась собственная глупая храбрость. Я старалась не думать о том, как я буду выбираться и что делать дальше.
Прошмыгнув к ящикам, я немного отдышалась и выглянула из своего укрытия. Фары всех машин были включены, и это и был источник света. Двое мужчин складывали в открытые кабины грузовиков коробки и ящики. Да что тут, черт возьми, происходит? Кто они? Мафия? Да, определенно бандиты. Когда таких встречаешь на улице, то интуитивно прячешь взгляд и пытаешься обойти – мало ли что. С тем придурком они явно заодно, даже чем-то похожи на него: мускулистые, широкоплечие, брутальные, какие-то зловещие. Я с трудом проглотила слюну, скопившуюся во рту, когда снова увидела Его.