А вот со снобизмом аристократов они знакомы. Оно им не нравилось, провоцировало неприятие, одновременно напоминая о собственном происхождении, вызывая злость. Но при всем при этом воспринималось привычно. Что в данный момент и требовалось.
— Мы обязаны знать, что здесь не происходит ничего, что могло бы угрожать жизни бургомистра, — засопел стражник, с вызовом приподняв подбородок.
Я внутренне улыбнулся. Как просто оказалось манипулировать бесхитростными вояками. Они были обычными служаками и реакции у них оказались незатейливыми. Потянешь на ниточку и получишь нужную. Непритязательный разум не способен рождать сложные вещи, и задумываться над чем-то, что выходит за рамки круга его понимания.
— Жизни бургомистра ничего не угрожает, — заверил я, но сделал это намеренно надменным тоном.
Стражники еще больше засопели. Окатившая волна презрения со стороны худощавой фигуры задела, но переть напролом все еще не решались.
— Мы должны убедиться, — угрюмо выдохнул старший стражник.
В коридоре горят масляные лампы, свет от них тусклый, неровный, тени то и дело мечутся по каменной кладке. В дальнем конце коридора виднеется пара любопытных рож слуг, но близко подходить опасаются, оставляя разбираться с происшествием вооруженных до зубов воинов. Разумная предосторожность, учитывая обстоятельства, с прислугой я бы вообще не стал говорить, пугнув чем-нибудь из арсенала магии.
Пахнет железом потертой кожей и элем. Мрачные морды стражников не обещают ничего хорошего. Но главного добиться удалось — никто не стал звать офицеров, которые наверняка бы начали въедливо расспрашивать о происшествии. Обычным же рядовым на это плевать, даже десятнику. Надо лишь дать повод отступить.
— Мы должны убедиться, — повторил десятник и в ожидании уставился на меня.
Долгую секунду я делал вид, что размышляю, как поступить. В этот момент все пятерка прибежавших на крики Нильса кретинов вдруг почувствовала неуверенность, слишком опасным выглядел приезжий колдун, с которым непонятно какие дела у бургомистра. Что делать, если откажет? Коллеги с парадного входа уже растрепались, что это не ярморочный трюкач, а сталкиваться лицом к лицу с настоящим волшебством никому не хотелось. Особенно если оно исходит от столь опасного типа.
— Как скажете, — я равнодушно пожал плечами, показывая, что согласился, только из-за бургомистра.
Толкнул дверь, но сразу предупредил:
— Внутрь не входить.
Стражники послушно затоптались у порога, вытягивая шеи, заглядывая внутрь. Выглядело до смешного забавно, с трудом удалось сдержать ехидную усмешку.
Увидев лежащего в центре пентаграммы полураздетое тело в окружении горящих свечей, десятник нахмурился.
— Что с ним? — спросил он, однако порог заклинательного зала так и не переступил, хотя было видно, что хотелось.
— Ничего особенного, скоро придет в себя, — ответил я, помедлил и пояснил: — Это часть того дела, ради которого нас пригласил бургомистр.
Разумеется, обычные солдаты не были в курсе договоренностей, заключенных между приезжим колдуном и его превосходительством. Градоначальник Винисгорда не настолько доверял собственным людям, понимая, что это может спровоцировать ненужные волнения. Кому понравится, что начальство намылилось удрать, оставив подчиненных помирать в осажденном городе. Могли и кинжал сунуть под ребра от обиды.
Понятия не имею, что конкретно Жуэль Болсонар рассказал охранникам, но думаю преподал наше с Нильсом появление в превращенном в кладовку зале, как нечто касающееся обороны города. Я бы по крайней мере так поступил. Легенда о помощи мага, случайно оказавшегося в осажденном городе, и предложившего свою помощь против андарцев, вполне могла сработать. Даже я бы поверил, не знай всех подробностей, со стороны история выглядела логично.
— Он живой? — уточнил десятник.
В этот момент Нильс со стоном перевернулся, теперь обнаженное по пояс тело лежало раскинув в разные стороны руки, как в начале ритуала.
— Как видите, — спокойно ответил я и продолжил: — А теперь, если вы не против, то мы вернемся с нашим делам. Тем самым делам, о которых мы договорились с его превосходительством Жуэльем Болсонаром, бургомистром Винисгорда.
Упоминание имени бургомистра сыграло свою роль, неохотно, проворочав что-то невнятное сквозь зубы, но стражники отступили. Я зашел в заклинательный зал и захлопнул перед ними дверь.
— Дерьмо. Эти придурки своим тараном-бревном всех в этом крыле переполошили. Но кажется шум до центральных помещений не дошел, что хорошо. Не хватало здесь еще большего столпотворения, — тихо проворчал я, подошел к лежащему Нильсу и бесцеремонно ткнул того носком сапога в бок. — Вставай. Живо. До апартаментов бургомистра твои вопли может и не докатились, но мы и так слишком много привлекли внимания. У нас мало времени, надо закончить до рассвета, пока этот жирдяй сюда не приперся.