— Можно собрать комплект из оригинальных элементов старой эпохи, — нейтральным тоном заметил я.
И заработал подозрительный взгляд со стороны воина в черном. Я как ни в чем не бывало продолжил:
— Это серьезно увеличит боевые возможности. Правда придется научиться этим пользоваться. Нельзя просто так запихнуть бойца в артефактную броню и отправить воевать, необходимо дать знания, как все работает. Но думаю, при должном упорстве и усердии с этим вполне можно справиться.
Говорил я размерным, незаинтересованным тоном, но настороженного Сорена это не обмануло.
— Хотите сделать из меня своего бойцовского пса? — слегка грубовато осведомился он.
По моим губам скользнула улыбка. Немного прямолинейно, но зато точно в цель.
— А ты бы не хотел получить больше возможностей? Стать более смертоносным воином, чем ты есть? — вопросом на вопрос ответил я.
Не то чтобы я всерьез рассчитывал на положительный ответ прямо сейчас, скорее закидывал удочку, глядя, что клюнет. Но идея заполучить под руку экипированного в артефактные доспехи бойца хоть и возникла спонтанно, но выглядела многообещающе.
Сорен нахмурился и ничего не сказал. Вместо него слово вновь взял я, тоном искусителя заметив:
— А куда тебе идти после того, как мы достигнем долины? Возвращаться к своим? Но вряд ли там к тебе отнесутся как ни в чем не бывало. И неважно чем ты сам свой поступок считаешь, главное, как это выглядит со стороны. А выглядит это довольно паршиво. Половина отряда погибла, ты якобы попал в плен, но тебя не пытали и вернули назад целым и невредимым. Согласись, версия, что все произошло случайно не слишком правдоподобна. Тебя заподозрят в предательстве, и скорее всего казнят.
Воин с ненавистью посмотрел на меня. Внешне я сохранял безмятежное выражение лица, но откликаясь на негативные эмоции со стороны собеседника в глубине души шевельнулась тень, словно во тьме скользнула зыбкая рябь.
Разумеется, на тренировках я не забывал о новых магических способностях, уделяя им время перед сном и во время пути, когда в седле нечем было заняться, беря паузу в расспросах Сорена о порядках на Закатных Островах (кстати, вполне неплохо имитирующих устройство Старой империи, но с учетом современных реалий, отсутствия Двора, Трона и настоящей Коллегии), в частности, изучал «Туман», взявшись за обретшую псевдоразум теневую сущность.
Изучал, познавал, экспериментировал. Делал все, чтобы с этой стороны не возникло неприятных сюрпризов.
И добился определенных успехов в жестком контроле. Стоило тени слегка шевельнуться, недовольной ненавистью со стороны Сорена, как хватило мысленного приказа, чтобы продолжения не последовало, и колышущуюся в глубине сознания тьма послушно свернулась.
Впрочем, она никогда до конца не застывала, скользя медленными волнами мрака, готовая выплеснуться наружу через Сумеречный Круг в любой миг.
И если говорить о подчинении, то с этой стороны имелись и другие успехи, не столь очевидные на первый взгляд, но весьма перспективные. Дело в том, что я пытался заставить действовать сущность в отрыве от «основного» тела. Создать подобие клона в виде изломанной фигуры, напитанной мраком, но при этом воспринимая себя частью общего целого.
Признаться, пока получалось не очень, по крайней мере на данный момент, но подвижки имелись и в некоторых аспектах весьма существенные. Сложность крылась в разрыве цельности, с одновременным сохранения контроля. Это оказалось весьма непросто, учитывая прочную связь, которая между нами установилась. Но вода камень точит, и в какой-то момент все получится, я был в этом уверен. Это потребует больше мысленных усилий, чем физических, изменение восприятия, чем слом сознания с полным погружением в глубины разума. В этом сильно помогала техника медитации мар-шааг, дававшая возможность значительно расширить пределы ментального понимания своей изменившейся сути.
Впрочем, сейчас не об этом…
— Так что скажешь? Или надеешься, что старые приятели не зададут тебе неприятных вопросов, когда вернешься назад? Ты сам говорил, что командованию плевать на солдат, даже на носящих гвардейскую броню. Вы хоть и ценнее простых пехотинцев, но, по сути, тоже расходный ресурс.
Мои речи подобно яду проникали в голову Сорена, он это понимал, но ничего не мог с этим поделать. Морщился, однако признавал правоту. Не мог не признавать, ведь все сказанное было чуть раньше озвучено им самим. И теперь я применял полученные откровения против него самого.