Внутри склепа стало темнее, снаружи вовсю разошлась буря, снег валил не переставая. Оставаться снаружи выглядело полным безумием, но перед тем, как устраиваться на ночь, следовало взглянуть кто составит нам компанию.
Снова напряжение мышц, снова кряхтение и сдавленные ругательства. Тяжелая каменная крышка саркофага со скрежетом сдвигалась по миллиметру за раз.
— Тяжелая дрянь, — выдохнул Берг.
Наконец общими усилиями удалось отодвинуть достаточно, чтобы появился зазор взглянуть внутрь. Я вытянул руку в сторону и зажег над ладонью огонь. Сгусток колдовского огня фиолетовым осветил содержимое древней гробницы.
Разглядев, что внутри саркофага оба наемника не сговариваясь отшатнулись назад.
— Во имя всех богов, что это?!!
— Бездна и все ее обитателе, это еще кто?!!
Солдаты удачи выразили столь искреннее удивление, щедро приправленное страхом, что Сорен не выдержал и шагнул ближе, заглядывая через край саркофага.
Я же задумчиво провел рукой по подбородку, кончики пальцев ощутили жесткую щетинку, некстати мелькнула мысль, что не мешало бы побриться.
Несколько секунд трое воинов изумленно таращились на содержимое каменного гроба, затем перевели вопросительный взгляд на меня. Я молчал.
Внутри саркофага лежал скелет, на первый взгляд похожий на человеческий, если бы не размер. Он был высок и имел непропорционально вытянутые конечности. Но главное череп — справа и слева на лбу выделялись костяные отростки, уходящие вдоль головы назад.
И еще, не знаю откуда, но имелось твердое убеждение, что это не мертвый Ушедший, а человек, прошедший ритуал трансформации, изменивший собственную физическую и духовную природу.
Почему курган с гробницей появился, когда мы проезжали мимо? Что это? Намек? Приглашение? Зримое подтверждение, что перерождение возможно?
Магия Изначальных не хотела так просто отпускать, подкидывая по дороге сюрпризы, соблазняя властью, знаниями и магической силой.
Вот только становится рогатоподобным я не хотел. Пусть лица на статуях Изначальных и выглядели красиво с эстетической точки зрения, завораживая идеальностью исполнения. Но это были не люди. И это решило вопрос.
— Что-нибудь еще есть? — спросил я спустя паузу.
Берг наклонился, изучая внутреннее пространство саркофага, покачал головой.
— Только скелет. Даже клочков одежды нет и никаких украшений.
— Такое впечатление, что его положили туда голым, — задумчиво добавил Дитрих.
— Или прошло слишком много лет, — заметил Сорен и оглянулся на выход. Имперец всегда оставался настороже, проверяя свободны ли пути отхода.
Снаружи не утихала метель, снег валил плотной гущей, кажется с последнего раза еще больше усиливаясь.
Внезапно в окружающем мире что-то изменилось. Сгусток фиолетового огня лениво крутился над ладонью, от получившихся отсветов по стенам склепа скользили тени. Одна из них вдруг протянулась вперед, но тут же свернула резко обратно.
Со стороны это выглядело, как если бы шевельнулась тьма, и вдруг испуганно отпрянула в сторону.
Наемники замерли.
— Кажется оно вас боится, — в голосе Берга мелькнуло опасливое изумление.
Затем он вспомнил с кем говорит и посуровел, в памяти всплыла дорога, усеянная мертвецами.
Я просканировал окружающее пространство, на секунду нахмурился, затем хмыкнул.
Меня, конечно, может и стоит бояться, но дело вовсе не в этом. Это всего лишь обрывки разорванных чар, проявившихся на материальном уровне в виде слабых теней. Они боятся не меня, а моей ауры, что высасывает из окружающего пространства энергию. Немного, совсем незаметно, но достаточно для ослабленного заклятья. И никакого страха здесь, конечно, нет, скорее напоминает, когда подносят горящую спичку к паутине, она дергается и пытается отодвинуться.
— Здесь все мертво, причем уже очень давно, — глухо проронил я.
Мои спутники промолчали. Я посмотрел на вращающийся сгусток фиолетового огня, файерболл на секунду завис, затем втянулся в ладонь, под кожей пробежались лиловые струйки, скользя по венам. Наблюдавшие за этим наемники вздрогнули. Сорен оказался равнодушен к проявлению колдовства, указав на бытовой вопрос обустройства:
— Лошадей придется завести внутрь.
С моей стороны последовал одобрительный кивок. Следующие два часа ушли на готовку ужина и обустройство ночлега. Снаружи продолжала бушевать снежная буря, дверь пришлось немного прикрыть. Крышку саркофага вернули обратно, спать рядом с древним мертвецом было конечно не слишком уютно, но выбора не оставалось.