Ночью снилась всякая чертовщина, в центре всегда находилось стоящее на тонкой кромке зеркало с темной поверхностью. Стоило подойти ближе и заглянуть в него, как появлялось мое отражение, начинавшее быстро меняться, словно потеки воска принимая иную форму. Выглядело жутковато, но я уже научился справляться с такими кошмарами, отключая разум для отдыха при помощи ментальных техник мар-шааг.
Вылезая на утро наружу из склепа, я машинально зажмурился, в глаза ударили солнечные лучи, стояла ясная погода. Тучи рассеялись, от вчерашней бури не осталось следа, только глубокий снег, покрывающий землю ослепляющей белизной.
Рядом шумно дыша, завозился Берг, по очереди выводя лошадей наружу. Начался мучительный спуск вниз, и животные и люди то и дело проваливались, утопая в сугробе. Наемники приглушенно ругались, имперец сохранял ледяное спокойствие, демонстрируя выдержку.
Когда склон остался позади, я в последний раз оглянулся, курган со склепом на вершине казался призрачным миражом. И чем дальше мы отъезжали, пробираясь по занесенной снегом дороге, тем более зыбкими становились очертания, пока наконец окончательно не пропали. Позади вновь расстилалось пустое заснеженное поле.
Я отвернулся и постарался выкинуть из головы странную встречу с гробницей одного из последователей Ушедших.
Мы с трудом пробирались вперед, ориентиром выступала темнеющая полоска зимнего леса. Это продолжалось не меньше четырех часов. Когда до цели оставалось немного и появилась опушка с голыми деревьями, идущий в голове маленького отряда Берг вдруг предостерегающе вскинул руку.
— Что там еще? — я раздраженно дернул повод, заставляя коня прибавить шаг и вскоре остановился рядом с наемником, разглядывая красочную композицию на занесенной снегом дороге.
На земле лежало шесть тел: три лошадиных, три человеческих. Все изуродованы, со вскрытым брюхом. Внутренностей нет, то ли вырваны, то ли съедены. Сердце, печень, почки, легкие — ничего, только кроваво-бурые ошметки, пачкающие белый снег.
Проклятье. Выглядело довольно паршиво.
— Кто-то хорошо пообедал, — хмуро буркнул Берг, изучая останки.
Не сговариваясь, мы с Дитрихом и Сореном подняли головы и тревожно заозирались. Судя по следам, убили людей и лошадей уже после снегопада, а значит тот, кто это сделал находится где-то рядом.
Глава 9
9.
Понадобилось мгновение чтобы осознать данный факт. Сверкнули выхваченные клинки. Воины замирают, настороженно поводя глазами по сторонам. Дитрих и Берг заучено становятся спина к спине прикрывая друг друга. Сорен и я оказываемся чуть в стороне.
Слева от замершей пары наемников шевелится снег. Я выбрасываю руку вперед, активируя «Молот», но не успеваю. Из-под сугроба в воздух выскакивает гибкое продолговатое тело. Дитрих работает, как на тренировке, слегка отклоняется вбок и наносит жесткий удар сверху-вниз. Плещет красным, на землю падает разрубленное напополам тело. Существо визжит, бьется в снегу, но не умирает. Следуют еще два сильных удара, визг затихает.
— Что это за дрянь⁈ — в панике восклицает Берг, поводя острием меча перед собой.
— Заткнись! — рявкаю я, пытаясь разглядеть существо, а точнее то, что от него осталось, одновременно стараясь держать в поле зрения как можно больше пространства перед собой.
Больше всего это похоже на увеличенного в размерах толстого, но короткого червя, покрытого плотным белым мехом с пастью, полной острых зубов.
Все замирают.
— Справа! — кричит Сорен.
Снег снова взрывается, в этот раз в атаку идут сразу две твари, нацелившись на Сорена и меня. Имперец действует в привычной манере опытного рубаки. Шаг в сторону — пропустить противника мимо себя, тяжелый клинок взлетает вверх и тут же обрушивается вниз. Следует мощный удар, разрубая гибкое тело на две неравные части.
И вновь опушку зимнего леса окутывает противный визг.
Я действую по-иному, вызвать клинок уже нет времени, перед мысленным взором вспыхивает символ «Щита», в воздухе мерцает прозрачная пленка. Прыгнувшая из-под снега тварь натыкается на невидимую преграду и ошеломленно отскакивает назад. Я завершаю дело файерболлом. Сгусток колдовского огня попадает в извивающееся тело. Миг — и покрытое шерстью создание обращается фиолетовым факелом.
Сквозь огонь прорывается особенно громкий визг.
Это словно становится сигналом для остальных. Со стороны Берга и Дитриха предостерегающие крики. Сугробы вокруг буквально взрываются, сразу пять или шесть тварей идут в атаку, целясь в руки, ноги и голову.