Острый уголок царапнул кожу, проступила кровь, еще сильней надавить, чтобы порез оказался глубже. На каменный пол закапали капли крови. Налитый алым глаза Нриа расширились, она поняла, что я собираюсь сделать.
Здесь и сейчас она выглядела реально, но это был лишь мираж, настоящего тела у нее не было. Это тело стояло и убивало себя, перерезая на руке себе вену.
И страх потерять возможность вырваться на свободу вновь дал о себе знать. По серому искаженному яростью лицу скользнула судорога. Древняя тварь сделала всего один шаг, но при этом в мгновение ока переместившись ко мне почти вплотную.
Снова игры с пространством — мелькнула быстрая мысль, Изначальные в этом знали толк, полезная магия, которой всегда найдется нужное применение.
Закованная в легковесные доспехи фигура теперь возвышалась надо мной, нависая подобно глыбе. Дышащие алой яростью глаза стали ближе, завораживая бездонной глубиной.
Однако и мои глаза затопил фиолетовый мрак, носивший ярко выраженный отпечаток магии Старой империи.
Нриа попыталась вцепиться мне в руку, не давая навредить себе больше, но вместо этого я сам извернулся и каким-то чудом умудрился схватить ее за запястье с клинком.
— Смертный, ты зря сопротивляешься, — из горла существа вырвалось шипение. Сейчас спутать ее с длинноногой красоткой мог разве что слепец, рогатая тварь походила на что угодно только не на женщину.
Я злобно ощерился в ответ.
— А я все же попробую, — процедил я, и мой голос почти не отличался от голоса древней сущности.
Окажись здесь простой человек, даже маг-заклинатель Коллегии, у него вряд ли бы получилось выстоять в подобном противостоянии, тварь давно бы поглотила его, выпив душу, настолько ее сила подавляла. Но и я уже давно не походил на мальчика для битья. Схватка с теневой сущностью, поглощенная энергия мертвителя, проведенные ритуалы, изменившие магический облик и давшие возможности, о которых простые маги могли только мечтать, все это в совокупности превратило меня в равного соперника для рогатого существа.
Я дернул руку с клинком Нриа, заставив лезвие скользнуть по ее ноге. Она слишком поздно поняла, что я собираюсь сделать и не успела среагировать.
Она давно потеряла телесную форму и отвыкла мыслить категориями поединка на физическом уровне, в отличие от меня хорошо помнящего основное правило любой схватки — неважно насколько большое преимущество в ходе боя у одной из сторон, главное кто в конце выживет и нанесет последний удар.
Лезвие колдовского оружия прошло сквозь ногу твари, и несмотря на то, что клинок и Нриа лишь на время поединка обрели подобие материальности, они подчинялись общим законам, позволившим магической энергии взаимодействовать на физическом уровне.
Именно течение энергетических потоков, формировавших структуру существа, перерубило лезвие, рассекая целостность магических конструктов на отдельные фрагменты. Получив повреждение Нриа от неожиданности завизжала:
— А-а-а-а-а!!!
Она забыла, что значит иметь настоящее тело. Ей вообще не следовало переводить противостояние на материальный уровень.
Отсеченная нога растаяла в воздухе. Ошеломленная демоница уставилась, словно не веря, что это произошло. Даже потеряв ногу, она не думала падать, стоя в странной прямой позе, словно для на нее не существовала законов гравитации.
Впрочем, так оно и было.
Пользуясь замешательствам из-за рассеченных потоков энергии, формировавших фантомное тело, я ударил со всей оставшейся силой, используя собственный разум, как таран. Ментальные щиты Нриа дали трещину. Не давая, древней твари опомниться, я пустил в пролом теневую сущность с мысленным приказом уничтожить все до чего она сможет дотянуться.
И Нриа вновь завизжала, на этот раз от ментальной боли, охватившей ее суть. Тень вволю порезвилась, полосуя разум древней твари, раздирая его на отдельные лоскуты.
Рогатая яростно завопила, дергаясь на месте, словно взбесившийся вихрь. В стороны полетели обрывки магии, ставшие видными даже в обычном спектре. Серый сумрак стремительно истаивал, умирая вместе с хозяйкой. По каменным плитами змейками растекался черный туман, агрессивно захватывая новое пространство.
Свет потускнел, на мгновение Нриа перестала трястись и замерла, горящие красным глаза уставились на меня, в них пылала злоба и ненависть. Я ответил кривой ухмылкой.
— У нас говорят: отправишься за шерстью, вернешься стриженным. Слышала такую поговорку, тупая сука? — сказал и понял, что бесполезно. Она не слышала меня, не потому что не хотела, а потому что перестала осознавать себя цельной личностью. Тень искромсала ее сознание, поглощая отдельные составляющие разума.