Это реально, если не зацикливаться на прошлом, отринуть лишнее и сосредоточится на будущем, в каком хочешь оказаться. Получится ли? Это уже другой вопрос.
— Потому что в конечном итоге исход всегда один, судьба не дает два варианта, а какой кто выбирает, зависит только от тебя, — тихо пробормотал я, стоя перед темным зевом входа в здание.
Из рукава плаща выскользнул призванный клинок. Сосредоточив чувства, я переступил порог и почти сразу отмахнулся мечом. Бледное лезвие с черно-фиолетовой дымкой разрубило прыгнувшего сверху паука размером с крупную кошку.
— Неплохо, — по губам скользнула усмешка.
Тьма рассеялась, ночное зрение позволило осмотреться. Стены, пол, потолок, никаких деталей за которые мог бы зацепиться взгляд. И никакого прохода дальше — просто огромное пустое помещение.
Я нахмурился. Душелов находился здесь? Спал все это время? Невозможно. К тому же, четко ощущалось его приближение снизу, значит проход должен быть.
Тридцать метров в длину, двадцать в ширину и кроме ровной каменной кладки ничего. Попытка перейти на магический взор тоже не дала результатов, вокруг закручивались энергетические потоки, плавно вливаясь в огромный водоворот снаружи. И больше никакой активности.
Несколько секунд я стоял в центре прямоугольного помещения, рассматривая серые оттенки обступающей тьмы, выглядевшие для меня плотными утолщениями, затем догадался в чем причина разгадки.
Тонкий Мир.
Магия Ушедших базировалась на энергии Тонкого Мира, так почему бы им не сделать вход в свой комплекс на основе идентификации магов, умеющих работать с этой силой? Это выглядело логично, учитывая строжайший запрет Коллегии заниматься исследованиями в этой области. А значит число тех, кто способен в этом разобраться значительно меньше, если сравнивать с обычными чародеями.
Магистры подстилали соломки, потому что…
— … боялись появления новых мертвителей или мастеров проклятий, — я хмыкнул и взглянул на окружающее пространство совсем другим взглядом, погружаясь в пласты Тонкого Мира, выявляя и вычленяя необычные структуры, могущие играть роль механизма опознания: свой-чужой.
Он нашелся прямо под ногами, точнее я стоял на круге, который нельзя было разглядеть через обычный магический взор, не говоря уже о простом человеческом зрении. Это был вход, который открывался…
— Проклятье, а как он открывается? — я озадаченно замер, разглядывая странную конструкцию, сотканную из тончайших призрачных нитей.
Система выглядела непонятной, точнее на систему это даже не походило, какие-то перекрученные потоки силы, подрагивающие от переполнявшей их мощи. Энергии было столько, что не требовалось подсказок, чтобы понять, что в случае неверного «ответа», находящийся на другой стороне реальности конструкт мгновенно уничтожит нарушителя, посмевшего лезть туда, куда лезть обычным людям не следовало. Собственно, эта штука не заметила бы даже простого человека, но и он в свою очередь не смог бы понять, что в пустом зале что-то скрывается.
С учетом умения энергии Тонкого Мира воздействовать на живые организмы, смерть скорее всего будет довольно мучительной.
— И медленной, — из груди вырвался смешок. Немного нервный, но вполне оправданный, учитывая мелькнувшую перед глазами картину возможной гибели в виде высохшей мумии, рассыпавшейся после удара об пол в прах.
Я отринул лишние мысли и сосредоточился на решении возникшей проблемы, в первую очередь обращаясь к обрывкам памяти сгинувшей Ушедшей, ставшей частью меня. Нриа была той еще сукой, но для остальных из древней магической расы она оставалась своей, пусть и с определенными оговорками после превращения в теневую сущность без физической оболочки. Она знала ответ, и я намеревался его найти, погружаясь в глубины собственного сознания.
'… знаки висели в воздухе — алые нити, свитые из тончайшей паутинки чистой энергии. Они образовывали проекции, имея запредельную наполненность силой. Пространство пронзали разряды странных насыщенных красных молний. Небо оставалось затянутым черными тучами, нависшими над головой. Дул пронзительный ветер, но никто из троих, собравшихся на вершине холма, не обращал на это внимание.
Высокая фигура в матово-серой броне, невесомой на вид, сделала шаг вперед, поднимая тонкие руки с изящными пальцами. Его голову украшали рога, уходящие назад, черты лица выглядели удивительно симметрично, придавая необычную завораживающую красоту. Кожа отливала серым, но глаза горели ярко-красным огнем.
Он что-то произнес и двое других ответили, слов оказалось невозможно разобрать, но это послужило толчком для начала. Ушедший погрузил ладони в повисшие в воздухе алые символы и принялся расплетать сложившийся узор, делая из него нечто совершенно иное. Под воздействием манипуляций, знаки менялись, плавились, иногда растекались, но затем собирались обратно, принимая совершенно другой вид. И от этих трансформаций проекция энергии тоже претерпевала изменения, складываясь внутрь себя и начиная мелко подрагивать.