Наконец чиновник всё же нарушил молчание.
– Кто таков? Имя? – спросил он отрывисто, повелительно.
Хороший тон. Правильный. Тон человека, привыкшего приказывать. Тут и матёрый разбойник может ответить со всей почтительностью. Даже со скамьи встанет – всё-таки со знатным господином разговаривает! Или, наоборот, обозлится, руганью ответит – из того же врождённого страха.
Но Стайни, между прочим, не в хлеву рос... ну, бо́льшую часть жизни. Он не испугался и не разозлился. Глянул на пленника – и перевёл взгляд на доску, словно только что заметил расставленную на ней позицию.
Аррайл Вэлиар считал, что «власть драконов» – королева игр. Лучшее, что принесли на архипелаг алонкеи. И обучал ей сына, но без особого успеха.
Она была по-своему привлекательна, эта квадратная доска, расчерченная на клетки – по шестнадцать в ряд, с какой стороны ни считай. Интересны были пластинки, обозначающие скалы, реки, мосты, озёра, болота. Восхитительны были фигурки людей, животных и сказочных существ... Увы, сложные правила, которым подчинялись эти дивные фигурки, портили всё удовольствие и делали «власть драконов» довольно нудным занятием. Куда больше мальчик любил, утащив фигурки из мешочка, разыгрывать на полу то войну, то охоту, то целые пьесы...
И сейчас Стайни, взяв первую попавшуюся фигурку (серого дракона), брякнул наобум:
– Серебряный дракон – через утёс по диагонали на две клетки. И дальше в паре с людоедом.
Чиновник, похоже, был завзятым игроком. Даже в опасной ситуации, прикрученный неизвестным противником к кровати, он вытянул шею, чтобы оценить изменившуюся позицию. А когда вновь посмотрел на грабителя, взгляд выражал нечто вроде уважения. Похоже, Стайни сделал не такой уж глупый ход.
– Может, господин соизволит назваться первым? – с чуть насмешливой вежливостью спросил Стайни, торопясь закрепить успех.
Пленник ответил со спокойной уверенностью человека, которому нечего скрывать:
– Гарра́ш Дайвенка́р, властитель замка Дайвенкар. Член Совета Левой Руки его величества. Здесь – «око вейтадского наместника».
Каторжник пропустил мимо ушей лёгкую насмешку. Отложил он на время и загадку, скрытую в словах пленника: почему вельможа, занимающий видное положение в Аркон-То, выполняет поручение одного из королевских наместников на острове Фетти? (А каторжане называли его чиновником! Тут не чиновник, а сановник!)
Сейчас важнее было случайное воспоминание: позавчера произошёл несчастный случай. Каторжник по имени Рэс, отправленный к морю для сбора целебных водорослей, сорвался со скалы в прибой и погиб... наверное. Тела-то не нашли!
Несколько мгновений назад беглец готов был небрежно представиться: «Стайни Вэлиар из замка Вэлиар», – и поглядеть, как отреагирует на это имя пленник. Но если есть возможность хотя бы на время сбить погоню со следа...
Мысленно Стайни попросил прощения у мертвеца. И ответил Гаррашу Дайвенкару:
– Рэс. Кличка – Дерюга.
– Кличка тебе не подходит. Где научился играть?
Стайни спохватился: надо было с самого начала изобразить грубый деревенский выговор, а теперь поздно. Чтобы сохранить маску на лице, придётся выкручиваться.
– В Эни́ре прислуживал в гостинице. Там один постоялец долго жил. От скуки показал мне, как играют.
– Ясно, – с прежним самообладанием кивнул Дайвенкар. – Складным речам тоже в гостинице выучился, так?
– Болтаем, господин, как умеем.
– Вот что, Рэс из Энира, парень ты, я вижу, смышлёный, но позиция у тебя проигрышная. С каторги пытаешься удрать, так?
– Ну до чего же эти высокородные господа нашего брата насквозь видят! – рассыпался Стайни восхищённым «городским» говорком. – Кто попроще – решил бы, что я тут рыбу ловлю или орехи собираю...
– Не паясничай, парень! – Если Гарраш Дайвенкар и был разгневан дерзостью беглого преступника, то виду не показал. – Ты же понимаешь, что выхода из этой мышеловки нет. Но если ты сейчас меня развяжешь, я позабочусь, чтобы твой... твой неправильный ход остался без наказания.
– За заботу низкий поклон. А только я надеялся, что господин пособит мне иначе. Твоя милость вроде как собиралась завтра уезжать? Вещички-то не распакованы...
– А ты уже успел пошарить в моих вещах? – В голосе Дайвенкара впервые прозвучало раздражение. – Да, хотел уехать с утра пораньше. Не такое здесь место, чтобы задерживаться зря.