Я отправил ледяную стрекозу за слугой, выставил у покоев двоих стражей с приказом никого не пропускать, кроме Блэка, и распахнул окно: огонь забрал из комнаты почти весь воздух и дышать было практически невозможно.
— Скажите, Шолле, правильно ли я понял, в Софи сейчас находится чужая душа и попала она в тело Заклинательницы через интирит?
— Да. Я думаю, что как раз перед вселением ваша ведьма заклинала или чаровала…
Называйте, как хотите, но суть одна. Мы уязвимее всего именно когда чаруем. В этот момент мы полностью открываемся Мироту и его стихиям. Поэтому ведьма, как правило, чарует либо одна, либо в ковене, чтобы не подпустить к себе ничего и никого постороннего. Шабаши для этого и создаются — для защиты.
— Я уверен, что Софи Заклинала одна, — нахмурился, рассеянно барабаня пальцами по подлокотникам кресла. — Она всегда очень осторожна, всегда заклинает одна.
— О, я даже не сомневаюсь в этом, но интирит был несколько изменен, судя по тому, что я почувствовала. Он ослабил защиту, помог непрошеной гостье проскользнуть внутрь вашей ведьмы.
Летней ветер играл шторами на окнах, в комнате значительно посвежело, а мне хотелось кого-нибудь прибить. Практически все встало на свои места: и перепады настроения Софи, и ее странное поведение, нападение Химы.
Кретин.
Ведь Зима пыталась мне сказать, так почему так сложно было просто прислушаться?
Вот только… Все это конечно хорошо, и самобичевание тоже иногда штука полезная, но в данной ситуации, скорее, наоборот. Тот факт, что я стал понимать больше, отнюдь не означал, что знаю, куда отправилась Софи, прихватив с собой Лероя.
Горгул…
Что-то много их в последнее время в моем замке.
— Шолле, вы можете назвать мне имя вселившейся души?
— Имя… — ведьма нахмурилась, отчего ее лоб прорезало еще несколько морщин, закрыла глаза и крепко зажмурилась.
Я ждал. Вдохи и выдохи текли бесконечно медленно, мне казалось, что время вообще остановилось, внутри все скручивалось и съеживалось от неясной, пока неопределенной тревоги, завывала вьюга, а кончики пальцев обледенели. Странно… Я расстался с Заклинательницей несколько оборотов назад, и с ней все было в порядке или…
Мать твою, с кем…
— Нет, — произнесла старая ведьма, оборвав беспорядочные, хаотичные мысли. — Не могу назвать. Слишком сильны обе ведьмы, огню к ним не подобраться. В первый-то раз удалось только благодаря крови, но…
— Что "но"?
— Обе девушки… Они из ковена Неприкасаемых.
— Что вы можете рассказать мне о ковене? — переключился я, стараясь угомонить стихию внутри.
— Что вы уже знаете?
— Шабаш был создан Неменет после инициации, чтобы помогать и беречь Заклинательниц. Живут отшельницами, всяческих контактов с внешним миром избегают.
— Все? — скорее утвердительно, чем вопросительно произнесла ведьма. — Хотя вы и так уже знаете гораздо больше, чем обычно. Ковен действительно изначально создавался с целью защитить и обучить новых ведьм, но… Неменет умерла, и все изменилось.
Неприкасаемые уже давно перестали заботиться о будущих Заклинательницах, единственной целью для них стало накопление сил и приумножение богатства. Ведьмы теперь убивают, крадут девочек, они жестоки и…
— Погодите, девочек? — я вскочил со своего места, навис над испуганно сжавшейся в кресле ведьмой.
— Через них, из них метрессы ковена питают свои силы, — пробормотала огненная. — Подходят не все, и силу удержать тоже могут не все. Тех, кто не подошел, они убивают или отдают на откуп источникам, иногда приносят в жертву стихиям.
— Вы уверены, что Софи состояла в шабаше? — не знаю, зачем спрашивал. Просто спрашивал, в голове гудело, по позвоночнику полз неприятный холодок. У меня. Холодок.
Греби ж…
— Да. Ваша ведьма все еще связана с Неприкасаемыми, пусть и не так, как раньше, но отпечаток на ней есть.
— Откуда вы знаете столько о шабаше?
Ведьму практически трясло от страха, а я дышал так, будто добежал до Северного предела и обратно, чувствуя, как вот-вот потеряю над собой контроль.
— О Неприкасаемых знает почти каждая ведьма и старается держаться от них подальше.
Они очень опасны и невероятно сильны. Скорее всего, их метресса обладает силой даже большей, чем инициированная Заклинательница.
— Прекрасно, все все знают, и никто ничего не делает. Отличная стратегия, превосходная, — я оттолкнулся от кресла, заметался по комнате, чтобы хоть как-то дать выход энергии и злости, Шолле тряслась уже не так сильно.