— Мы волновались, Софи, — поддержал друга Алексий.
— Еще бы вам не волноваться, случись что со мной, и некому больше будет вас покрывать перед родителями, — фыркнула я, и на кровати оказались перчатки, так и быть нижнее белье достану потом — нечего травмировать мальчишек. Белье и перчатки — моя слабость.
Я люблю красивые, порочные вещи, и плевать, что кроме меня их никто не видит. Они помогают мне чувствовать себя женщиной, а не холодной стервой и ледяной дрянью.
— Софи, ты не справедлива, — вступил в разговор Николай, — мы действительно волновались.
— Со мной все хорошо, — повернулась я к мальчишкам, — правда.
— Почему тогда у твоих дверей Драг и Лерой? — спросил Алексий.
— Распоряжение твоего Повелителя, — отмахнулась я. — Кстати, что вы можете мне рассказать о горгулье? Давно он в волках? — я оглядела всю троицу: высокого и тонкого, как щепка, Димитрия, чуть полного, но не менее смазливого Алексия и хмурого Ника.
— С чего ты взяла, что Лерой волк? — изумился последний, я склонила голову на бок. — Он — младший граф Сиорский, у нас уже три года. Говорят, на него за что-то сильно прогневался родитель, вот и отправил его к Алексу уму разуму набраться, — хотелось застонать в голос, побиться дурной головой о стену, отругать себя за невнимательность. К волкам присоединился около года, до этого преподавал в нашей академии, но видимо, надоело. Преподавал военное дело, практику. Предельно честный, прямой, жесткий, нас гонял, как щенков. Мы после его тренировок еле-еле до коек доползали.
— Зачем его ко мне приставили? — ни к кому конкретно не обращаясь, тихо спросила я.
— О его личной жизни почти ничего неизвестно. Нормальный, в общем-то, мужик, как все, — пожал плечами Димитрий. — А к тебе думаю, приставили, чтобы не лез куда не надо, граф все-таки, пусть и младший.
— Не знаю, — задумчиво пробормотала я, а потом громко хлопнула в ладоши. — Мальчики, если у вас ничего срочного и раз вы убедились, что со мной все в порядке, то я хотела бы все-таки подготовиться к балу. — Парни дружно закивали и направились к выходу, Димитрий в дверях задержался.
— Мы действительно волновались, — серьезно смотря мне в глаза, проговорил он, — и действительно рады, что с тобой все хорошо.
— Спасибо, — на миг улыбнулась я, а потом все же закрыла за компанией дверь.
А через пол оборота в проеме возник Александр уже полностью готовый к предстоящему событию: в бело-серебристом камзоле, темно-синем шейном платке, с посохом в руках, даже косу заплел. Криво, правда, но усилия я оценила.
— Как ты тут? — спросил он, целуя мне руку, дышать сразу стало легче: зуд, наконец-то, отступил полностью, стало легче дышать, будто в душной комнате окно открыли, и температура тела вернулась в норму.
— Жива, — я втянула его внутрь и подтолкнула к креслу, становясь за спиной. — Садись.
— А что не так? — деланно изумился он. — Сам плел.
— Да уж вижу, почему камердинера не попросил?
— Сам хотел, — буркнул он, а я быстро собирала в руки рассыпавшиеся белые пряди. Не то чтобы это занятие доставляло мне какое-то особое удовольствие, просто выпустить его в таком виде в свет, было выше моих сил. Ему простят. Ему все всегда прощают, стоит этому наглецу улыбнуться, а вот я весь вечер буду дергаться. Да, я люблю, когда все идеально, даже такая мелочь, как коса Повелителя.
— Готово, — я вышла из-за кресла и направилась к двери, Алекс через вдох оказался рядом, подавая руку.
— Зачем ты приставил ко мне Лероя?
— Хорошо, что вы уже познакомились, — улыбнулся Алекс, я недоверчиво на него покосилась, кстати, охранников позади не наблюдалось. — Пока мы не найдем заказчика, Лерой будет сопровождать тебя везде.
— А Драг? — еще больше насторожилась я.
— Драг нужен был только на сегодня, чтобы ввести горгулью в курс дела.
— Алекс, что за бред?
— Софи, я не могу игнорировать вчерашнее происшествие, но и быть рядом постоянно тоже не получится. Все, обсуждению это не подлежит.
— Почему именно он, — никак не могла успокоиться я.
— Из-за наших гостей. Я не хочу слухов и скандалов, не хочу, чтобы случившееся стало достоянием гласности, не хочу спугнуть тех, кто за этим стоит, да и тебе будет спокойней.
— Я — приманка, — опешила я. — А он? Только не говори, что…
— Софи, вы просто друзья, изображать из себя влюбленную в него дурочку тебе не придется. Можешь выдохнуть, да и все равно не получится у тебя, — с ответом я не нашлась, только тихо скрипнула зубами, глотая слова, которые так и рвались с языка.