— Вы впервые в Стронбурге, — голос Алекса доносился, как сквозь пелену. Было совершенно неинтересно и неважно, что он сейчас говорит. Лучше я послушаю стихию, — и мы рады приветствовать вас во дворце. У грунов есть традиция — Зима должна поприветствовать каждого только ступившего на нашу землю, тогда все то время, что вы пробудите здесь, вас будет сопровождать удача. — Он говорил что-то еще, зал притих, а я ощущала рокот силы в себе, стиснула его руку на посохе, давая понять, что стихия рвется из меня. Еще три вдоха, и держать больше нет сил. Как вода из подземных источников пробивается сквозь песок, так и Зима ринулась наружу. Ухватить ее за хвост и направить в посох удалось почти в последний момент. И брызнул в стороны свет, и дрогнул воздух, а на гостей тихо падал снег, тая на волосах и руках, через вдох зал наполнился криками и аплодисментами, эльфы удивленно выдохнули, чем заставили меня перевести на них взгляд. Снова послышался удивленный выдох. Ну да, белые волосы и белые глаза зрелище то еще. Хотя по моим ощущениям прийти в себя я должна буду где-то через пол оборота.
Потерпят.
— Удачи, — улыбаюсь я отчего-то онемевшими губами, глядя на гостей, и голос звучит громко и четко. Не мой голос, голос стихии, а последняя снежинка ложится четко на самую макушку эльфийки. Почтенная делегация почтенно склоняет головы. Зал приветствует темных.
— Ты ледяная, — прошептал Алекс, я насмешливо едва приподняла бровь. — Ты не поняла, на руки посмотри, — я осторожно отогнула край перчатки и задержала на вдох дыхание: кожа превратилась в тонкий лед, витиеватый узор инея покрывал всю видимую часть, терялся где-то под рукавом.
— Я вся такая? — Александр едва заметно кивнул, помогая мне спуститься с возвышения. — И лицо? — снова кивок. Отлично. Просто замечательно. — Если через двадцать лучей не пройдет, я уйду отсюда. — Растягивая губы в приветственной улыбке Бьорку, прошептала я, Повелитель слегка склонил голову, одновременно здороваясь с Сириусом, и соглашаясь со мной.
Как только мы поравнялись с эльфами, я освободила руку Ала и отошла назад и в бок, зная, что он правильно расценит мои маневры. Широкие спины мужчин не позволят посторонним увидеть то, что я делаю, советники тоже все поймут.
Я улыбнулась молодой дроу и ее сопровождению и начала проверять организм, стараясь понять, что именно вызвало обледенение. Раньше такое случалось, только если я долго держала Зиму, но сейчас не прошло и двадцати лучей… Надо было найти причину.
Общий пониженный тонус, недосып, легкое истощение, незначительная физическая перегрузка, немного повышенная нервная возбудимость — последствия непростого месяца?
Едва ли, он, конечно, выдался напряженным, но бывало и хуже, так отчего я такая потрепанная? Надо смотреть потоки.
Я погрузилась чуть дальше в себя, краем уха все еще следя за беседой, и сосредоточилась на силе внутри. Может что-то пропустила вчера вечером? Не до конца избавилась от магии Лукаса и нападавшего?
Увиденное чуть не заставило удивленно охнуть: пульсирующие, сильные, тугие нити, как натянутые канаты. Очень яркие, очень мощные, они оплетали меня с ног до головы, у основных потоков раза в два выросло количество ответвлений, а главная струя, проходящая по позвоночнику напоминала скорее реку, чем так привычный мне ручеек. И это почти пугало.
Такой резкий скачок сил добрым знаком назвать сложно, особенно не зная его причин. С другой стороны, стало понятно, откуда взялась общая усталость и истощение организма: тело пыталось справиться с магией, "переварить".
Легкий тычок в бок заставил отмереть в один миг, Александр повернулся ко мне, глазами отчаянно показывая на эльфийку, я вскинула вверх брови.
— Софи, ты же позволишь Амелии удовлетворить ее любопытство, — правильно растолковал мою мимику грун, — думаю, от простого прикосновения через одежду ничего не случится.
— Госпожа Софи, пожалуйста, позвольте! — с детской непосредственностью и блеском в глазах спросила темная. Я незаметно отогнула край перчатки. Все постепенно возвращалось к обычному состоянию: пропал инеевый узор, появились небольшие участки нормальной кожи.
— Прошу, — протянула я руку девушке.
— Холодная! — с восторгом воскликнуло юное очарование, крепче сжав мою ладонь в своей. Я терпела, непринужденно улыбалась и надеялась, что суровые остроухие дядечки не станут повторять действий своей принцессы. — А можно…, - и не договорив, потенциальная невеста потянулась к моим перчаткам.