Через пятнадцать лучей я закончила такую ненавистную для груна процедуру, подцепила мизинцем черный хлопок и подала ему.
— Раздеть умений хватило, а одеваться я, значит, сам должен?
— Само собой, — склонила я голову на бок. — Во-первых, у меня руки в мазях, а во-вторых… — договорить я не успела, Алекс опустил вытянутую руку, наклонился и поцеловал меня в щеку. Теплые губы настолько легко скользнули по коже, что возникло желание попросить его повторить. Вдруг почудилось? Но ничего сказать я не смогла, только вздохнула.
— Спасибо, милая, — в глазах что-то снова неуловимо промелькнуло. Повелитель выпрямился, все-таки взял свою рубашку, накинул на плечи. — Спасибо, что все еще терпишь и лечишь такого засранца, — и направился к двери.
А я осталась стоять ровно на том месте, где и стояла, и, склонив голову на бок, терялась в догадках. Из раздрая вывел звук закрывшейся двери.
— Ты не засранец, Алекс! Ты — идиот! — крикнула не понятно зачем.
Но через двадцать лучей моя голова была занята уже другим. Я сидела в убранном кабинете и листала ту самую книгу по прикладной магии. Пепельный ветер… Что-то странное было в запахе и вкусе, в звуке, в агрессии. Этот серый ветер, словно… словно его кто-то направлял, управлял. И я совсем не была уверена, что рожден ветер был в Колыбели, как бы дико это ни звучало. Перед глазами в воздухе маячил список ветров, а рядом — почти такой же список самых крупных бурь, случившихся за последние пятьсот лет. Зачем просматриваю его, сказать бы не смогла и под пытками, просто так подсказывала ведьмовская суть.
А еще беспокоил интирит. Достаточно древняя магия, достаточно сильная и слишком знакомая, чтобы не начать оглядываться. Наличие за дверью горгульи успокаивало мало — знать бы наверняка. Жаль, что не… А почему, собственно, "не"? Я потянулась к ящику стола, выудила оттуда колоду карт, положила на стол и накрыла ладонями, сосредоточилась.
Когда старая колода стала теплой, и легко закололо самые кончики пальцев, взяла карты в руки, поднесла к губам.
— Я — Софи, сестра ковена Неприкасаемых, землей, огнем, водой и ветром, тьмой и светом, ночью и днем, смертью и рождением, магией слов и мыслей, желанием и волей, силой стихии, ведьмовской сутью заклинаю колоду белую, заклинаю колоду красную.
Тридцать три карты в расклад лягут, тридцать три карты ответом станут, не солгут и не изменят, правду откроют, невидимое покажут, от опасности уберегут, смерть отведут.
Тридцать три карты на четырех дорогах верный путь выбрать помогут. Именем своим, светом луны-покровительницы, заклинаю.
Колода снова вернулась на стол, а я начала снимать по одной карте. И чем больше снимала, тем больше хмурилась. Расклад тринадцати — самый простой, но даже он не получался толком, и вместо ответа на свой вопрос я окончательно запуталась.
А может, вопрос не тот?
— Мне стоит опасаться?
Семь карт легли по спирали, с последней перевернутой на меня взирал ворон — да.
— Кого?
Еще три карты. В центре оказался Белый король. Опасность исходит от мужчины?
— Кто он?
Следующая карта показала четыре Маски — две белые и две красные. Я тряхнула головой и нахмурилась.
— Прошлое или новое?
Еще две карты. Одна — Песочные часы, вторая — Дорога. Ладно, у меня последний вопрос.
— Что ждет в конце?
Я протянула руку, чтобы снять последнюю карту, но стук в дверь заставил дернуться, ладонь задела колоду, и она рассыпалась по полу. На столе остался всего один цветастый прямоугольник, я перевернула его и тупо уставилась на рисунок. Карта Крови. Серьезно?
Сила?
Стук настойчиво повторился.
— Войдите, — крикнула, принимаясь собирать расклад и то, что упало на пол.
— Софи? — в проеме застыл Лерой.
— Слушаю.
— Повелитель прогуливается по саду с принцессой дроу. Госпожа изъявила желание пообщаться и с тобой, — горгулья присел рядом, протянул руку, собираясь помочь.
— Не смей, — остановила я мужчину. — Никогда не прикасайся к колоде ведьмы.
— Почему?
— Нельзя. Она заговорена и проклята. Коснешься — заговор развеется, а проклятье перейдет на тебя.
— Спасибо.
— Не за что. Скажи, Амелия изъявила сильное желание или не очень?
— Хочешь увильнуть?
— Мечтаю. Девчонка — забота Алекса, не моя, — я поднялась на ноги и убрала колоду на место.
— Судя по стрекозе, которая ко мне прилетела, желание огромное.
— Я, в общем-то, особо и не надеялась, — расправив складки платья, я шагнула к двери.