— Ты гадала?
— Да.
— А мне погадаешь?
— Кровью платить готов?
— Чьей? — не растерялся Лерой.
— Своей, естественно.
— Ты это несерьезно, — мужчина даже замер на миг, склонив голову на бок.
— Как знаешь, — пожала плечами, продолжив путь.
— Точно, несерьезно. Между прочим, я еще не поблагодарил тебя за Миранду.
— Пользуйтесь, граф.
— В смысле?
— Моей добротой пользуйтесь, а вы о чем подумали?
— О том, что вас не зря называют… — и замолчал.
— Продолжай, — фыркнула я, — ледяной стервой?
— Да.
— Я знаю, и мне, честно говоря, плевать, — горгулья, видимо, хотел возразить, но в этот момент мы уже подошли к птичнику, возле которого обнаружились несколько эльфов из делегации и Алекс с принцессой.
— Мой Повелитель, принцесса Амелия, господа послы, — присела я в поклоне.
— Госпожа Заклинательница, как здорово, что вы решили все же к нам присоединиться, — защебетала дроу. — Вчера вы так поспешно покинули бал, надеюсь, сегодня ваше самочувствие улучшилось. Добрый день, господин Лерой.
— Мое почтение, принцесса, вы обворожительны.
— Спасибо, — кокетливо улыбнулась девушка. — Так вам лучше, госпожа Заклинательница?
— Благодарю, я действительно чувствую себя хорошо, — ну да, надолго ли? Судя по количеству присутствующих здесь, оборота на полтора. — Сожалею, что не смогла вчера составить вам компанию.
— Софи, Александр…
Ого, он уже Александр? Я бросила полный насмешки взгляд на улыбающегося мужчину.
Сказать или не стоит, что его улыбка сейчас смотрится ненатурально?
— …лучше всех знаете. Расскажете нам?
Короткого взгляда на груна хватило, чтобы он понял, что я снова пропустила суть вопроса. Какая-то странная закономерность — отключаться на словах эльфийки.
— Госпожа Заклинательница действительно лучше всех разбирается в Полярных совах, — кивнул Алекс.
— Повелитель немного преувеличивает, но о совах, живущих во дворце, я действительно знаю многое. И буду рада все вам показать и рассказать, — Лерой услужливо открыл передо мной дверь, и я шагнула в полутемную комнатку, с облегчением спасаясь от палящих лучей. Пусть и на короткий миг.
Солнце стояло еще достаточно высоко, поэтому практически все обитатели спали.
Поздоровавшись со смотрителем, мы надели специальную обувь и уже вместе с Олафом отправились осматривать один из самых больших птичников Северных Земель. Он занимал территорию, почти вдвое превышающую размерами сам сад, был поделен на несколько изолированных зон и дополнительно укреплен заклинаниями: иногда молодняк шалил.
— Прежде, чем войти в основной птичник, попрошу вас говорить как можно тише, — напомнил смотритель, эльфы удивленно переглянулись, но ничего не сказали. Я с трудом подавила улыбку. Разбуженная сова всегда напоминает лишь одно — конец света.
Первая зона была основной и полностью открытой. Птиц в вольерах или клетках не держали. Они обитали в дуплах огромных древних сосен и елей, могли свободно улетать на охоту и возвращаться. В "лесу" жили в основном ездовые взрослые птицы.
— Это, — указала на самое большое дерево, — дом Дежа. Он — рыбный филин и принадлежит господину Блэку, главному дознавателю. Дежа у нас самый спокойный в стае, — тихо начала я, внимательно осматривая деревья и сам "лес" на предмет чистоты. При этих словах Олаф создал два ледяных зеркала. Одно маленькое, чтобы заглянуть в дупло, и второе большое, зависшее в воздухе перед делегацией. Такие вот посещения птичника входили, как правило, в обязательную программу, надоевшую всем без исключения, поэтому процедура была до оскомины привычной.
Вместе с дроу я так же внимательно всматривалась в каждое отражение: не обиты ли перья, нет ли ран на восковицах или наминов на лапах. Может, кто-то вырос и пора поменять дерево? Нареканий, слава ветрам, не возникло. Птицы были ухожены и выглядели здоровыми. Но все-таки надо не забыть получше их осмотреть завтра.
Внимательнее.
Мы переходили от одной совы к другой, принцесса задавала свои бесконечные вопросы, я, как гостеприимная хозяйка, отвечала, мужчины в основном хранили молчание. Хотя ко мне нет-нет да закрадывалось чувство, что они просто отдыхают от неугомонной принцессы. В птичнике приятно пахло морозной свежестью, хвоей и деревом, под ногами мягко пружинила чуть подмерзшая трава: хозяева этого места предпочитали прохладу.
Ездовые совы всегда восхищали меня, вызывали восторг, уважение. Большие, красивые, сильные птицы, до последнего вдоха преданные своему хозяину, невероятно умные и невероятно гордые.