— Софи, послушай…
— Не хочу, не хочу! Нет!
— Софи! — рыкнул я, встряхивая ее, разворачивая Заклинательницу к себе лицом. Из моего рта вырывался пар, камень под ногами обледенел, с неба сыпал снег. — Заткнись и возьми себя в руки! Слышишь?! Немедленно! — я очень старался не показывать ведьме свою ярость, но это было выше моих сил. Растрепанная, тяжело дышащая, всхлипывающая, плачущая Софи уставилась на меня огромными перепуганными глазами. Ее дыхание сбилось на несколько вдохов.
— Хочу уйти, — пролепетала она и действительно ушла… в обморок.
Несколько лучей прошли в полной тишине, если не считать свист ветра, я пытался переварить случившееся, все еще держа ведьму. Да какого хрена?!
Нет уж, милая!
Я опустился вместе с Софи на пол, похлопал несколько раз по щекам, встряхнул. И через четыре вдоха она все-таки открыла глаза. Нахмурилась и закрыла. Снова открыла, в удивлении огляделась.
— Алекс?
— Я устал слышать от тебя сегодня этот вопрос. Успокоилась? Чувствуешь себя как? — я встал на ноги, бросил взгляд на горизонт. Совсем рядом.
— Нормально. Что…
— Заклинать сможешь? — перебил я.
— Да, — послышалось удивленное. — Ты ранен?
Шелест юбок подсказал, что она тоже встала, была где-то у меня за спиной — очевидно, как и я, разглядывала город.
— Твоими стараниями, — я вытер щеку перчаткой, швырнул ее на пол и повернулся к девушке, беря ее за руки. — Думаю, все же это Скади, и она очень близко.
В глазах Заклинательницы читалось удивление, непонимание, растерянность, как и прежде, но никакого страха или слез, ни следа от прошлой истерики. Она шептала привычный, обычный заговор, как всегда, слегка покачиваясь, начала покрываться льдом, волосы побелели, запахло морошкой, ветер стал холоднее, снег на голову падал без остановки.
Через вдох Заклинательница открыла затянутые льдом глаза и отошла от меня на шаг, под ее ногами разрасталось плетение, отдаленно напоминающее розу ветров.
— Это Скади, ты прав, — медленно, будто чужим голосом, проговорила ведьма и замолчала, застыв.
Я глазами нашел в плетении отрезок, предназначавшийся мне, сел и положил ладонь на мерцающую руну силы.
Ветер становился все сильнее, вокруг стало еще темнее от поднятой в воздух пыли и земли, не было ничего слышно из-за низкого протяжного гула. Ожидание убивало.
Заклинание, получившее мою силу, стало огромным, камень под ним замерз, казалось, навечно.
На месте мне нормально не сиделось, не дышалось и не думалось, но двигаться было нельзя. Плетение все еще требовало энергии. Да, отвык я за время спокойной жизни от необходимости вытаскивать грунов из очередного превращающегося на глазах в пыль города. Слишком отвык.
После смерти Епифании прошло два года, прежде чем Обсидиана привела ко мне Софи.
Эти два года выдались непростыми, но ни один город не был полностью уничтожен.
Сейчас же… Такой мощной и сильной бури не было уже давно. Благо, что каждый житель Северных Земель с детства знает, что надо делать и как себя вести. Ветра — единственное, что я так и не смог победить, никогда не смогу. А вот Софи могла если не победить, то хотя бы договориться.
Ведьма сейчас стояла в самом центре розы ветров, за плотным столбом снега. Я едва мог разглядеть очертания фигуры.
Что с ней сегодня случилось?
Скади она знает давно, этот ветер — частый гость в наших краях. Так почему началась истерика? Или она увидела что-то, что не доступно было моему взору? Или это все-таки из-за проклятья? Вопросы, вопросы, тысячи вопросов без ответа.
Надо возвращаться, срочно возвращаться назад в столицу.
Зеркало связи нагрело карман, я достал плоский квадрат, откинул крышку.
— Что там у вас, Блэк?
— Нет, это я хочу узнать, что там у вас? Здесь пока все вроде бы неплохо, — дознаватель почти кричал, стараясь заглушить гул ветра. — Тебя и Заклинательницу многие видели, это помогло избежать паники. Груны, конечно, нервничают, но не более. Я вызвал еще полсотни магов, думаю, мы эвакуируем город где-то оборотов за пять, если вдруг с бурей ничего не выйдет. Так все же, что там у вас?
— Пока не ясно.
— Погодники говорят, что пик будет оборотов через семь. Вам бы поторопиться.
— Сам понимаешь, это не от меня зависит. Как только станет понятно, я с тобой свяжусь.
Может, и не понадобится никого эвакуировать.
— Но ты не уверен? — сощурился мужчина.
— Нет. Потом обсудим, — я хлопнул крышкой и убрал зеркало, бросив взгляд на город.
Ветер действительно был сильным, пытался сбить с ног, содрать рубашку, мешал нормально дышать.