− Ты преувеличиваешь, Ясмин, − улыбнулась я. − Просто, я четко понимаю разницу между собственной и чужой тайной. Понимаю, когда действительно следует промолчать, даже если рассказать кому-то очень-очень хочется.
Я несколько секунд помолчала, а затем добавила:
− Наверное, я просто не могу поступать по-другому. Так уж меня воспитали. Я просто самый обычный человек с традиционными ценностями.
− А ты сама-то в это веришь? – вдруг загадочно произнесла Ясмин и мягко улыбнулась. − В то, что ты обычная?
Я открыла, было, рот, чтобы спросить, что именно она имеет в виду, но тут в помещение вошел преподаватель и занятие началось.
Семинар прошел на удивление быстро. Полина несмотря на то, что ее доклад оставлял желать лучшего, все равно искусно сумела «не упасть в грязь лицом» и очень достойно «вытянула» ответ на твердую «четверку».
Потом мы с девочками недолго посидели в столовой, попили кофе со свежими булочками, а затем с неохотой отправились на две последние лекции по теории и практике перевода.
Радости Полли не было предела. Она засыпала Ясмин все новыми и новыми вопросами о ее прошлой жизни в Ливане, о том, что ей нравится, а что нет, о том, «действительно ли у нее там была какая-то история с неразделенной любовью», и т.д. и т.п.
Ясмин также с удовольствием задавала вопросы и уже к началу лекции, кажется, знала о нашей компании все.
− Даже не верится, что кто-то может дружить друг с другом настолько долго, − протянула она. − Вы всегда так сплочены. Если честно, то всегда было безумно завидно наблюдать за вашей дружбой со стороны. Мне вообще казалось, что в современном мире уже давно так не бывает. Что все просто ищут… какую-то взаимную выгоду в общении друг с другом. По крайней мере, в Ливане уж точно.
Девушка почесала кончиком ногтя переносицу, а затем продолжила:
− Отец постоянно искал мне «правильных» подруг. Меня всегда это жутко бесило. Я никогда не понимала, как подруга или друг вообще могут быть «правильными» или нет... Мне всегда казалось, что мы выбираем себе друзей по интересам, по близости духа и тому, как мы способны понимать друг друга, а уж никак не по занимаемому ими в обществе месту…
− Думаю, что во многих восточных странах такое имеет место быть, − заявила я. − Конечно, Ливан светское государство, но, как бы там, ни было, традиции все равно, порой оказывают влияние на формирование взглядов на семейные ценности.
− Ну ты загнула! − протянула Полина, а потом выдула огромный розовый пузырь из жвачки, что все это время была у нее во рту.
− Нет, на самом деле, Амелия права, − сказала Ясмин, вытянув из рюкзака небольшой флакончик духов от Шанель. − Мой отец всегда пытался оградить меня, как он сам всегда выражался, «от дурного влияния».
− А чем он занимается? − поинтересовалась Полли.
− Драгоценными металлами. Хотя… у него много чего есть. Недавно, например, было торжественное открытие небоскреба в Дубае.
− Ого!!! – присвистнула подруга. − Да ты, кажется, дочь самого настоящего миллиардера! А личный самолет у тебя есть?
Ливанка мигом смутилась, а по лицу у нее стремительно распространился румянец.
− Думаю, ей можно не отвечать на твой вопрос, − улыбнулась я.
− Обалдеть! − вдруг невероятно громко завопила Полина.
Проходящий мимо нас первокурсник даже вздрогнул.
− Да тише ты! − шикнула я.
− Я не нарочно, − гораздо тише проговорила она, а затем снова почти что шепотом повторила: − Во-оо-бщ-ее-е обалдеть.
− Пожалуйста, только никому об этом не говорите, − теперь шептала уже Ясмин. − Мне не хотелось бы, чтобы кто-то об этом знал.
− Не волнуйся, − отозвалась я, а затем ободряюще похлопала ее по спине, − Мы никому не скажем, хотя…
− Хотя, что? − почти испуганно протянула девушка.
− Я думаю, что если бы Петровская знала, кто ты на самом деле, то уже давно стала бы не задирать тебя, а отчаянно набиваться в подруги.
− Спасибо, но я была бы вынуждена отказаться от подобной дружбы, − ослепительно улыбнулась Ясмин, а затем добавила: − К тому же, по случайному стечению обстоятельств, я уже нашла подруг, которые захотели со мной общаться независимо от того, сколько денег у моей семьи.