Я почувствовала, как к горлу подступил тугой ком.
− Ты не посмеешь…
Глаза Эдуарда мигом расширились:
− Что?! Ты… хочешь сказать, что все знаешь?
− Эдуард, я прошу тебя как человека, которого я когда-то любила… не суйся в это дело. Это может привести к большой беде. Ты даже не представляешь, куда ты хочешь ввязаться.
Его дыхание сбилось, а ладони мигом вспотели. Кажется, мой бывший не ожидал подобного развития событий.
− Ты стала другой, Амелия… − вдруг прошептал он, посмотрев мне прямо в глаза. − Не такой как раньше. Твой взгляд… он стал… жестче.
− Ты считаешь, что это плохо?
− Я считаю, что внутри тебя что-то сломалось. Ты уже не та беззащитная и ранимая девочка, которую я любил…
− Ты − одна из причин, из-за которых я стала такой. И, знаешь, что? Я не хочу больше меняться. Расставание с тобой… оно сделало меня сильнее. Я больше не хочу быть той, которой вечно помыкают и считают кем-то вроде беззащитной принцессы. В некотором роде, именно ты заставлял меня считать себя таковой. Но на самом деле, я совершенно другой человек. И Анджей понимает меня как никто другой. Ты не был способен на это.
− Амелия, я… − попытался было вставить он.
− Ты отпустишь меня, или нет? − прошипела я, ощущая, как внутри зарождается знакомое покалывающее чувство тепла. Глаза привычно запульсировали.
− Амели, малышка, пожалуйста, просто дай мне шанс… Я хочу, чтобы ты поняла…
Мое терпение лопнуло:
− А я хочу, чтобы ты оставил нас в покое. Держи рот на замке. Прошу, если ты еще, хотя бы немного меня любишь, то молчи. Отзови своих ищеек и забудь обо всем. Поверь, тебе не нужно копать дальше… это может обернуться для тебя большими проблемами.
− Ты мне угрожаешь? − прошептал он, а затем провел ладонью по моему лицу. − Не надо. Ты же знаешь, тебе не идет подобный тон. Ты ведь не такая…
Я не ошиблась в Эдуарде. Он говорил ласково и нежно, но на деле от него шла все та же скрытая угроза, что и обычно. Как я и предполагала, он так и не оставил своих попыток меня вернуть. Он осторожно подался вперед, и я мигом поняла, что он собирается сделать.
Когда губы Эдуарда жадно потянулись к моим, я едва заметно взмахнула кончиком указательного пальца. Ноги бывшего мигом подкосились, и он грузно повалился на пол, едва не потянув меня за собой.
− Пока что я прошу тебя по-хорошему, Эдди… Забудь обо всем! Иначе, это может плохо кончиться.
Зеленые глаза Эдуарда расширились. С его губ срывалось тяжелое дыхание. Он пристально смотрел на мои запястья, на которых отчетливо проступили синяки от его пальцев.
− Ты обещал не делать мне больно и вновь нарушил данное обещание. Анджею это не понравится. Эдуард, я повторюсь, не суйся, и тогда никто не пострадает. Ты должен это понять…
Я опустилась на корточки, и, подняв телефон, резко развернулась на носках и направилась обратно к аудитории.
− Амелия!
Я обернулась и смерила распластавшегося на мраморной плитке парня пристальным взглядом.
− У тебя есть неделя на то, чтобы обо всем мне рассказать. А потом… клянусь Богом, я оповещу обо всем всех, кого только можно, и тогда твоему Анджею придет конец. Ты же знаешь, я не люблю, когда игра идет не по моим правилам. Я действительно хочу для тебя только самого лучшего, а этот человек… не имеет никакого права на то, чтобы быть рядом с тобой.
− Что ж, ты выбрал, − холодно прошипела я, а затем, выдержав паузу, добавила: − И не тебе решать, кто должен быть рядом со мной, а кто нет.
С этими словами я ушла прочь. Надо мной снова начинали «сгущаться тучи».
− Как думаешь, с Кейшей все будет в порядке? − спросила меня Ясмин, отпивая из чашки глоток ароматного зеленого чая.
− Я в этом абсолютно уверена, Ясмин. Все будет хорошо. Кажется, она просто заразилась, как и многие другие.
− Мне она понравилась. Необычная девушка.
− Кто бы говорил… − протянула я улыбаясь.
Сразу после окончания лекции Полина вызвала такси, и они вместе с Кейшей отправились домой. Подруга пообещала позвонить сразу же, как только освободится. Я же решила пригласить Ясмин к себе, чтобы потом ей не пришлось добираться до кинотеатра через весь город.