— Дочь? Скажи, что это не то что я думаю, и этот молодой человек просто хочет тебя съесть, — холодный тон отца вырвал из рая, слишком резко погружая… не в ад. В аду было бы хоть немного потеплее.
Застыв, просто не могла пошевелиться, казалось, ничего хуже произойти не могло. Ви, отстранившись от меня, повернулся к отцу:
— Доброе утро, граф Дорчестер. Мы с вами не знакомы. Я, Виджей Купер, техномаг, прохожу тут практику вместе с вашей дочерью, — насмешки в голосе парня хватило бы, чтобы затопить в ней пол Дарема.
— Полагаю, эта практика не у неё во рту? — глыба льда была по сравнению с отцом и то вежливее.
— Вы что-то имеете против? — нагло улыбнулся выскочка.
— Отец! Рада вас видеть, — отмерла, пока они не подрались, потому что Виджей явно на это нарывался. — Нам надо с вами поговорить.
— О, Талия МакЭвой мы обязательно поговорим! Только сначала я сделаю так, чтобы этого зарвавшегося щенка выкинули из дворца.
— Нет! — воскликнула. — Давай сначала поговорим и всё обсудим. В спокойной обстановке.
Отец посмотрел на меня с неудовольствием.
— Прекрасно, ты ещё и защищаешь этого плебея. И это моя родная кровь. Я-то думаю, чем тебя так привлекла эта академия. А оказывается всё просто. Моя дочь просто потаскушка для всякого нищенского сброда. Полагаю, я должен гордиться тобой?
Побледнев, почувствовала, как кровь застывает в жилах от унижения.
— Думаю, несправедливо обвинять во всём Тали, — снова выступил Виджей, дразня разъярённого медведя. — Ведь именно я, тот, кто покусился на вашу святыню.
— Талия! — не обращая внимания на Купера, продолжил папа. — Собирайся! Ты немедленно уезжаешь отсюда. По видимому, я дал тебе слишком много свободы. Пора заканчивать этот спектакль. Как раз шёл с тобой поговорить. Я заключил помолвку от твоего имени, как мы и обговаривали прошлым летом. Твоим мужем станет Мэтью МакВейн. В отличие от этого выродка, он достойный молодой человек и аристократ. Надеюсь, ты хотя бы предохранялась, потому что придётся что-то делать с ублюдком перед вашей свадьбой.
— Значит, обговаривали? — с ядом в голосе повернулся ко мне Ви.
Мне же казалось, что всё это какой-то страшный сон. Вот только что была счастлива и наслаждалась жизнью, а в следующий момент наступила кара за слишком радужное настроение. А от абсурда этой ситуации даже не знала, что сказать. Да даже пошевелиться не могла, только чувствовать, как сердце заходиться в бешеном ритме.
— Ну же, Талия! Иди и собирайся. И не переживай с ректором и Уокером я переговорю, тебе засчитают практику и так. Быстро сдашь диплом и получишь своё бесполезное образование, о котором столько грезила. Если, конечно, ты не врала, и твоей целью не было раздвигать ноги направо и налево, — холодно посмотрел на меня граф.
— Да, малявка! Самое время собрать свои вещички и свалить к своему жениху- аристократишке, — не менее прохладно заявил Купер. — С тобой
— Нет! — воскликнула, начиная злиться. На отца, на недоверие Купера. Хотя если реакция отца была ожидаемая, то Ви неприятно удивил. Хотя и его можно было понять, но кто только вчера говорил, что перестанет судить и делать поспешные выводы?
— Нет? — удивился отец, впервые встречая отпор от обычно послушной дочери.
— Нет, — твёрдо сказала, смотря ему в глаза, присутствие Купера решила игнорировать, с ним разберусь потом. — Отец я хочу с тобой поговорить. Сейчас.
— Я уже всё сказал, Талия! — строго посмотрел на меня десятый граф Дорчестер.
— Давай просто поговорим, пожалуйста, — подошла к родителю, стараясь смягчить его умиротворяющим тоном.
— Ладно! — сдался он, наконец. — Но не думай, что тебе удастся меня переубедить.
И схватив меня за руку, повёл куда-то, оставляя Купера в коридоре одного.
Глава 36 И снова Талия
…как побеждать с помощью шантажа. Гпавное — начать первым.
Талия МакЭвой
Отец притащил меня в какую-то гостевую спальню и только после этого с почти отвращением отпустил мою руку. Не удивилась бы, если бы после этого он пошёл помыть руки, будто прикасался к чему-то очень грязному.
— Ну, говори! Что именно моя потаскушка-дочь, хочет мне сказать? — брезгливо поджал губы.
— О! Ты не находишь, что это несколько лицемерно? Или ты думаешь, я не знаю о твоих любовницах и постоянных изменах матери? — бросила, как камень.