– Знаешь, сначала я желал лишь могущества, но последнее время мне стали сниться странные сны.
Всё моё существо завопило об опасности происходящего: «Он изменился, стал более человечен. Слишком резкие и быстрые перемены. Сны? Им управляют? Но кто? Что он добивается? Может, результат обряда будет совсем другим?».
– И что в них странного? – осторожно поинтересовалась я, боясь спугнуть мирное настроение Ника.
– Они слишком реальные… И я бы всё отдал, чтобы не просыпаться.
– Так чего же проще?! – наигранно воскликнула я. – Когда я обрету силу, я помогу тебе…
– Сука! – Его лицо исказилось от ярости.
Я видела, что задела мужчину за живое, понимала, что сейчас он не сдержится и ударит, но не отвернулась, смело глядя в глаза, в которых клубилась тьма. Это была моя маленькая победа…
– Зря радуешься, дрянь. Всё равно будет так, как я хочу.
В следующую секунду Ник перекинул меня через плечо и зло прошипел:
– Только пикни или посмей что-нибудь выкинуть, переломаю ноги и оставлю здесь.
Ему явно не терпелось получить желаемое и избавиться от моего общества. «Ну, пожалуйста, дорогая моя, поторопись, – обратилась я к своей нерасторопной силе, вися вниз головой. – Времени совсем не осталось! Неужели тебе самой не противно, что с нами так обращаются? Или ты решила, что я недостойная наследница?». От последней мысли стало горько, даже захотелось осуществить совсем уж самоубийственный план – окончательно разозлить Ника. «Пусть ломает, что хочет, и уходит за своей знахаркой, а я уползу, спрячусь и буду без устали взывать к силе, спящей в моей крови, пока она окончательно не пробудится… Только бы всё было не напрасно… Интересно, а откуда он знает знахарку? Может, эта она навеяла ему сны? Тогда она явно не так проста… и точно не человек. Вдруг она та самая Иная, которую Ник любит? Тогда мне точно несдобровать».
– Не злись, что я опять лезу с разговорами, но как вы познакомились?
– С кем?
– Со знахаркой.
– Не твоё дело!
– А давно?
Ник что-то проворчал, а потом сказал:
– Знаешь, по природе я не такой уж монстр, но рядом с тобой просто пеленой накрывает, хочется уколоть побольнее, заставить страдать и бояться. Бесят твоя гордость и презрение, с которым ты смотришь на меня. Словно ты – венец эволюции, а я – грязь под ногами. В результате, мучаю тебя, а потом сам чувствую себя погано. Ты мне всю жизнь искалечила, ненавижу, – прошипел он последнее слово.
«Вот и поговорили», – хмыкнула я и почему-то сказала:
– Я тебя тоже ненавижу, но всё равно никого ближе у меня нет.
Ник остановился, поставил на ноги и пристально посмотрел в мои глаза. Я изумлённо впитывала проскальзывающие чувства: удивление, нежность и тоску. Через секунду мир вернулся на круги своя – хмурая маска и настороженный блеск в глазах.
– Пытаешься разжалобить?
– Нет.
– Правильно.
– Просто, если подумать, ты единственный, кто знает меня настоящую и всегда был рядом.
– И от этого только сложнее, – согласился Ник. – Кстати, мы скоро придём.
– Да? – с сомнением протянула я, крутя головой.
Всё тот же лес, никаких изменений. Если бы неподалёку расположилось поселение, то тропинки испещрили всё кругом.
– У меня идеальное ориентирование в пространстве, – сказал он, вновь поднимая меня.
Определённо моей стихией будет вода, на земле я плутаю в двух соснах, высоты боюсь… хотя огонь люблю.
Через минут тридцать вдалеке показался просвет. Значит, скоро окажемся на поляне или в деревне. Я ещё раз попыталась обратиться к Силе. Ничего. Захотелось заорать от бессилия и злости на судьбу. Неужели я вновь проиграла?
– Вот и всё, – холодно произнёс Ник, возвращая меня в вертикальное положение.
Подвёрнутая нога тут же отозвалась болью, но я сдержала стон. Не стоит доставлять ему радость.
– Опирайся на меня.
Я не стала отказываться и взяла его под локоть. Ник двигался медленно, и я вполне сносно ковыляла рядом. На секунду мне показалось, что он тоже откладывает неизбежное.