– Найда, ты меня всю обмуслила, – рассмеялась я, глядя ей в глаза.
Неожиданно собачья спина под руками напряглась. «Ну всё», – подумала я, внушительные клыки находились в паре десятков сантиметров от моего горла.
– Найдушка, – протянула я как можно спокойнее и нежнее. – Ты чего? Это же я.
Собака отошла от меня и замерла, вглядываясь в знакомое лицо, вдыхая запах, и не понимая, что же её насторожило. Она поджала хвост и попятилась до самой конуры. В глазах Найды плескались растерянность и страх.
– Прости, – прошептала я. – Её уже не вернуть. Не бойся, я не причиню вреда ни тебе, ни твоей хозяйке.
«Осталось только надеяться, что этого не сделает Ник… Чёрт! Да, когда же я сама перестану бояться?! Сила, прошу, пробудись поскорее», – взмолилась я, глядя в безоблачное небо.
– Кристи, давай в дом, успеете потом ещё помиловаться. Я чайник поставила.
Тяжело вздохнула и нацепила радостную улыбку, перешагивая порог избы. Хорошо, что Лариса не видела, как на меня отреагировала Найда. Иногда достаточно лишь зерна страха, чтобы в близком человеке рассмотреть чужака.
Глава 3
Я осторожно распахнула окно и выпрыгнула в палисадник. Ночь выдалась тёплой и безветренной, но от земли по босым ногам распространялась зябкая прохлада. Заболеть я не боялась, но холод переносила плохо. Видимо, сказывалась зима, проведённая в ледяной конуре. Былые страхи не желали отпускать, наведываясь во снах и вкручиваясь в мысли. Оказалось, полтора месяца размеренной жизни в посёлке слишком маленький срок, чтобы забыть.
Из-за горы выглянула полная луна, скользя по коже призрачным светом. Отличная ночь для обряда. Оставалось надеяться, что вторая попытка окажется удачнее. Моя сила отказывалась развиваться, не помогали ни тренировки, ни медитации. Даже взывание к духам стихий не принесло результата. Время утекало, а я продолжала оставаться слабой семнадцатилетней девушкой. Почти обычной… И такая жизнь мне нравилась, если бы не отравляющий страх вновь попасть во власть Ника. Сейчас он мучил меня лишь в кошмарах.
Для обряда я выбрала поляну на кромке леса у излучины реки со стремительным течением. К самой воде склонилась старая могучая сосна, её корни бугрились над землёй, словно древние змеи. Здесь чувствовалась сила жизни, да и место тихое, недалеко от посёлка. Всего час ходьбы… Но босиком я добиралась дольше, камни, острые сучки то и дело кололи ступни, проверяя на решимость. К концу пути ноги горели огнём, а я не добрым словом поминала знания, всплывающие в моей голове. Вот почему нельзя надеть обувь и тёплую кофту? К чему мучиться? Неужели я недостаточно настрадалась за прошлые жизни?
Луна воцарилась на небосводе, когда я достигла места. Лишние мысли тут же испарились, уступив место сосредоточенному приготовлению к обряду. Я быстро натаскала сухих веток, чиркнула спичкой и отпустила огонь поглощать предложенное угощение. Пламя довольно фыркало, трещало и тянулось к темному бархатному небу в извечном танце.
Следующий дар требовалось отдать водной стихии. Я вытащила из-под корней старой сосны припрятанный мешок, достала венок из ивовых ветвей с вплетёнными сухоцветами, надела его на голову и стала спускаться к реке. Склон был крутой, глинистый, приходилось двигаться медленно и осторожно. Я боялась оступиться и покатиться кубарем, нарушая таинство момента. Наконец мои ступни погрузились в холодную воду. Даже жаркими летними днями река не прогревалась больше девятнадцати градусов, а ближе к осени, вообще, колола ледяными иглами. Я с трудом одолела несколько шагов, стараясь не упасть под натиском течения, не поморщиться от холода и болезненных ударов пальцами о камни. Вода проверяла меня, толкала и бурлила, заманивая в свои объятья, плескалась и шептала, обещая избавить от проблем и подарить вечное путешествие в колыбели её волн.
– Прими в знак уважения мой подарок, – прошептала я, снимая венок, на который потратила целый день, и опуская его в воду.
Течение подхватило венок, закрутило, с любопытством рассматривая подношение, и унесло в темноту ночи. Я секунду постояла, потом поклонилась, дотронувшись ладонями до воды, и вышла на берег.
Взбираться к старой сосне оказалось ещё сложнее, чем спускаться. Мокрые ноги скользили по глинистому склону, зацепиться толком не за что. В результате я два раза упала и изрядно вымазалась.