Тэравальд только фыркнул. В магию он не верил, да и откровенно разочаровался в представителях колдовской братии за долгие годы жизни во дворце. Моника не стала настаивать; она уже предвкушала, как окажется на верхних ярусах и быстренько с помощью волшебства всё расставит на полагающиеся места.
Нет, она определённо не могла до конца ненавидеть короля Дарнаэла. Если он поддерживал такую библиотеку, если перевёз тома из Дарны, то ему нужны были эти книги. А книги может любить только умный человек.
Впрочем, если он забирал всё то, то должен перевезти и магические предметы. Артефакт обязан быть в стенах дворца, а она ведь прибыла именно за ним.
Монике почему-то стало жаль эту библиотеку. Ведь если на Лэвье нападут, то тут всё пострадает, рухнет…
— Завтра примусь к работе, — решительно промолвила она. — А где ночевать-то можно?
Парень с надеждой посмотрел на неё, словно предлагая одним только взглядом перебраться в его покои, но не встретил никакой взаимности.
— Там на самом верху есть заброшенная спальня, думаю, тебе места хватит, — вздохнул он. — Радует, что хотя бы с разбегу не спрашиваешь о зарплате.
Девушка пожала плечами. Деньги её пока что мало интересовали, и она бодро направилась вверх по ступенькам, надеясь увидеть свою маленькую, грязную, очевидно, спаленку, прилечь и обдумать, что будет делать завтра.
Когда Тэравальд проснулся, Моники в её затхлой комнатушке давно не было. Ему полагалось работать с восьми утра, но поднялся парень только в одиннадцать, когда Лэгаррэ успела осмотреть уже добрую половину дворца с помощью поискового импульса. До тюрем не дошла, а вот в жилой части, да и в той, где располагались рабочие помещения, никаких следов Эрлы не было. Если она тут и бывала, то только много лет назад. Конечно, надо было ещё добраться до тюрем и пустить искру там, но Моника сомневалась, что в темницах содержали принцесс.
Сейчас же она сидела у стеллажа на высоком стуле, поставила коробку на полку выше и тянула из неё по книге, устанавливая их на полке. Чудом обошлось без вопросов, как она такую тяжесть подняла на высоту, но Тэравальд, судя по всему, оценил изобретательность, ведь сам до такого не додумался.
Правда, от открытого способа работать ему легче не стало. Молодой библиотекарь как-то равнодушно относился к тому, что с книгами надо поработать физически, а не только путём поглощения новых знаний. Очевидно, ему не нравилось, что вообще надо трудиться, потому вьюноша старательно осмотрелся и присел на пол у противоположного стеллажа.
— И давно ты этим занимаешься? — как-то грустно спросил он у Лэгаррэ. — Неужели и вправду столько рвения…
Если б Моника могла остаться тут сама, работать много лет с восьми и до восьми не пришлось бы. Она пару раз прищёлкнет пальцами, наложит несколько заклинаний, и книжки мило встанут на свои места без единого замешательства.
Потихоньку черпая по капле из резерва, чтобы тот оставался полным хотя бы на три четвёртых, она наложила на книги отложенное заклинание — ночью, когда Тэравальд мило так уснёт, пара стеллажей уложится сама собой. А она утром будет свободнее, заместо того, чтобы торчать тут полное время, сможет побродить по дворцу, пока Са будет спать.
Так или иначе, планы у Моники оказались — хоть куда! Работы хватало, но она знала, что успеет проникнуть и в хранилище, когда ей будет нужно.
Тэр упрямо молчал. Он целых полчаса раскладывал книжки по местам, а после поднял на неё недовольный взгляд.
— Слушай, — протянул парень, — ты собираешься меня подвинуть, да? Чтобы король оценил твою старательность и…
— Не думаю, что королю нечем заняться, осталось только ходить по библиотекам и убирать лишних сотрудников, — фыркнула Моника, заставляя себя не срываться на проповедь в стиле «мужчины презренны» и «ты отвратителен». Лень со стороны Тэравальда ей была непонятна, но спорить с подобными людьми толку нет. — К тому же, я просто пытаюсь хорошо выполнять свою работу. Могу сказать, что мы вдвоём всё это сделали, вот и всё.
Он на несколько минут успокоился, после вновь завертелся, но больше не возмущался. Складывалось такое впечатление, что из-за своей новой сотрудницы, которую он вечерком умудрился и в расходную ведомость впихнуть, получив от короля размашистую подпись — Дарнаэл согласился, даже не посмотрев на лист бумаги, — теперь пропадёт возможность бродить по городу в рабочее время.
А когда она расставит всё по стеллажам, то будет знать, что и где лежит. Явится надоедливый Вирр со своим магом, скажет, что одного библиотекаря вполне можно упразднить, и останется тут заумная девица вместо него самого, коренного, между прочим, жителя Лэвье!