Моника оттолкнула в сторону мечты и попыталась поймать нить разговора. Но, увы, нынче Тэравальд пересказывал подробности личной жизни короля и нового придворного мага, так что прислушиваться не хотелось — на девушку волнами накатывало спокойное, взвешенное отвращение.
— Ничего, — с короткой усмешкой промолвила она. — Главное, чтобы его Величество мудро нами правил, а остальное не имеет значения.
— И то правда, — Тэравальд окончательно утратил интерес к беседе, равно как и его спутница, и теперь тоскливо косился на дверь. — Знаешь, раз уж у меня теперь есть помощница… Я бы сейчас пошёл куда-то прогуляться, авось найду что интересное… — он покачал головой. — Может быть, принесу что вкусненькое поесть? Ты не против, если я уйду?
— Надолго? — с должным равнодушием спросила Моника.
Тэравальд почесал голову. Уйти он собирался до следующего утра, тем более, знакомый говорил, что познакомит с одной симпатичной девчонкой.
Он провёл ладонью по чуть заострённым ушам, словно поминая своих далёких родственников, которых давно уже нет на континенте, или, может быть, просто отчаянно проклиная родовую аномалию, а после бросил взгляд на дверь.
— Ну, может, к утру, а? — с надеждой уточнил он, а после тут же бросился в защиту. — Ты должна быть мне благодарной! В конце концов, разве не я привёл тебя во дворец и дал возможность работать в таком прекрасном месте, как библиотека? Ты должна только радоваться, что я встретился на твоём…
— Иди, я поработаю.
Он уставился на неё удивлённым, но почти благодарным взглядом. Девушка кивнула ещё раз, подтверждая, что не имеет совершенно ничего против и предлагая идти на все четыре стороны.
Парень моментально вылетел с верхнего яруса, практически под самой крышей, бросился по ступенькам.
Внизу слышался поразительный шум. Библиотекарь, вчера пытающийся произвести хорошее впечатление, сегодня продемонстрировал себя во всей красе типичного ленивого мужчину, но Моника ни о чём не жалела. Какая разница, насколько он плох или хорош, если она всего лишь пыталась получить то, что было ей нужно?
Именно по этой причине она совершенно спокойно прождала ещё минут двадцать, дождавшись того момента, когда двери за Тэравальдом захлопнутся, а тогда выбралась из убежища, подумывая, куда бы уйти.
Надо обеспечить прикрытие, но девушка только досадливо махнула рукой. Она постоянно работала над развитием своего магического резерва и теперь надеялась на то, что вскоре сможет стать магистром второго уровня. А так и до Высшей недалеко, если делать всё быстро.
Так или иначе, фундаментальные труды писать пока что рано. Статус присуждают, когда сделаешь что-то выдающееся, а это не обязательно диссертация. Если она сможет отыскать тот артефакт, что ей сразу дадут магистра третьей, а то и четвёртой степени, так что, следует стараться и держать марку, развивать резерв, улучшать знания в области магии.
Но пока что — дело. Она должна была хотя бы обрыскать весь замок, чтобы определить, где находится тот самый артефакт и есть ли он тут. Ведь если нет, то придётся прознавать что-то ещё.
К тому же, ей ночью следовало бы добраться до тюрьмы и посмотреть магией, нет ли там принцессы. Но пока в самой ближней камере находится заключённый с постоянной стражей, ничего не получится. Единственный вариант — ждать, но Моника была довольно терпеливой.
Она прищёлкнула пальцами, и все книги послушно возвратились на место на полках. Коробки разбирались сами собой, и она поспешно направилась вниз по ступенькам, осознавая, что Тэравальд может и не задержаться до самого утра у дамочки, которую планировал совратить сегодня.
Но библиотека вряд ли сегодня будет ей интересна.
…Дворец отнюдь не походил на запутанный лабиринт, но потеряться в нём с непривычки было довольно просто. Девушка дважды свернула в незнакомые коридорчики и оказалась в каком-то довольно узком, но со следами волшебства.
Внимание привлекла дверь ровно посередине коридора. Тут они все выглядели довольно красивыми, а эта, центральная, оказалась чуть хлипче прочих. Обычно это — следствие иллюзий работ каких-то магов, когда пытаются поймать на крючок, автоматическая вещь, которая творится без ведома колдовавшего. Но иллюзия почти развеялась, ведь колдовали, пожалуй, очень давно, поэтому дверь практически сливалась с остальными, лишь отличалась тонкой длинной царапиной от чужого меча — кто-то уже пытался её испытать.
Она, впрочем, не особо-то и спешила удивляться чудесам чужих рук. Напротив, осторожно коснулась дверной ручки, и та поддалась, словно тут никогда и не было полагающейся защиты.