— Как же он мне надоел, — эльфийка зло пнула ногой Лесничего и посмотрела на Эльма. — Может быть, ну их, этих мужчин?
— Ты эрроканка? — удивлённо переспросила Эрла.
На самом деле, вопрос был вполне логичным. Женщины Эрроки привыкли винить мужчин во всём, что бы ни случилось, и если Нэмиара относится к ним, то не следует диву даваться по поводу каждой демонстрации её предельного презрения. А если же нет — тогда уж и надо расспрашивать о том, откуда незнакомка родом, да и вообще, что она задумала и как оказалась в лесу.
— Нет, — рассмеялась она. — Я с острова Ньевидд.
Последнее место эльфов близ их континента. Остров, с которого всё начиналось. Остров, на котором всё закончится.
Эрла слабо помнила историю. Она знала её только по коротким пересказам отца — мать предпочитала потчивать её постоянными текстами воззваний к прелестной Эрри, а не древними истинами. Впрочем, и Дарнаэл не мог поведать многое — скорее всего, его знания пришли от знакомства с Тэравальдом, но тот не был посвящён в самые главные тайны.
Пришли эльфы до людей или после — никто не знал. Континент создали Боги — была ли это Богиня Эрри, или кто-то другой, или и вправду Дарнаэл Первый имел божественное происхождение — Эрла понятия не имела, да и знать не особо-то хотелось. Ей казалось, что подобное не так уж и важно — по крайней мере, не настолько, насколько говорила мать. Кто-то прав или все ошибаются — а смысл говорить о прошлом? Но эльфы не имели к Богам никакого отношения, они ступили на земли, то ли приплыв, то ли прилетев откуда-то издалека. Говорили, только Ньевидд и существовал, прежде чем пришли первые Высшие, и восстали из вод нынешние земли Элвьенты и Эрроки.
Когда-то их было очень много. Долгожители, способные запоминать таинственные пересказы, а после передавать их из поколения в поколение, мудрые советники…
Но, очевидно, о потомстве они думать не собирались.
Никто не понял, почему эльфов становилось всё меньше и меньше. Они ушли из Элвьенты и Эрроки ещё до предположительного завершения династии Дарни, до того, как прервалась линия королев Эрроки, и короли захватили престол. Ушли и не появлялись. Тогда никто особо не путешествовал морями, не стремился к водной глади, и только за несколько поколений до рождения Дарнаэла Второго наконец-то люди добрались до таинственного острова. Но до столицы Ньевы мало кто мог дойти, и оттуда чаще всего на возвращались.
Для простых жителей Элвьенты и Эрроки эльфы были всего лишь красивой легендой. Теми, кого не существует. По правде говоря, Эрла долго думала, что и острые уши Тэравальда — только причуды природы.
Но Нэмиара не могла не быть эльфийкой.
— Как мило, — протянула она, — что хоть кто-то решил стукнуть старого хрыча по голове, — по мнению Эрлы, Мэллор отнюдь не был старым, вот только возражать она не собиралась. — Это так прелестно, что ты догадалась не пользоваться магией, а просто стукнула его по голове. Посох я заберу, ты не против?
Тонкие пальцы девушки обвились вокруг древка, и она подхватила магическое оружие с неимоверной лёгкостью, словно занималась подобным ежедневно.
— Он много попил моей крови, — довольно протянула она. — Может быть, ты и не догадывалась о моём существовании, но я долго находилась здесь.
Эрла оглянулась. по её мнению, ничего не изменилось, но… разве совсем рядом не было какой-то милой берёзки?
Вроде бы была.
— Он был так уверен в том, что я смогу восстановить его возлюбленную из пепла, что я загадала ему отыскать дочь Королей, только чтобы сама пришла, и потребовать от неё дитя, — протянула Нэмиара. — И сказала, что его прелесть восстановится в этом теле. И знаешь что? Послала мысль, чтобы эти дуры, что приходят с мужчинами, представлялись дочерями Дарнаэла, а он задумал проверки! И ни разу так меня и не освободил. Я столько лет проторчала в виде дерева, что можно с ума сойти. А тут ты… Такая вся вольная. Не знаю, он обо мне, наверное, забыл, но как только потерял контроль над посохом и своим сознанием, моментально снял с меня и личину этой берёзки.
Она смотрела на валявшегося без сознания Мэллора с таким презрением, что Эрле даже стало не по себе, вот только жалеть Лесничего всё равно не хотелось.
— Пусть валяется, Воительница, — продолжила девушка. — А теперь посмотрим, что с твоим кавалером, пока он не помер. Ты ж спасла меня.
— Я не Воительница, — отрицательно покачала головой Эрла.
— О, не будь я Шэ! — возмутилась её собеседница. — Воительница, ещё какая! Но пока что толку спорить, если этот лежит и едва дышит… Ну-ка, брысь!