— Может, — не сдержавшись, промолвил Эльм, — ты всё же поделишься информацией, почему мы так старательно пытаемся убежать?
— Тебе проклятье понравилось? — эльфийка сердито посмотрела на мужчину. — Ну вот почему мы не оставили тебя там… Двое суток! Вся наша фора коту под хвост! А мы могли оказаться уже в Лэвье, когда он приближался бы, и там не было бы никакой угрозы… Ну почему всё так?!
— Да как — так?! — возмутился Марсан. — Поясни толком либо прекрати темнить, ведьма.
Та поёжилась — вероятно, подобное наименование она посчитала едва ли не личным оскорблением, потому как хмуро отвернулась и довольно долго ехала молча, перед тем как вновь обернуться.
— Если ты столь глуп, я всё же поясню, — наконец-то сердито выдохнула она. — Мы так спешим не потому, что мне нравится гнаться, не потому, что мне стукнуло что-то в голову, а можно было с комфортом дожидаться сопровождения, а потому, что Мэллор освободился и взял след. А догонять он умеет в кратчайшие сроки.
=== Глава двадцать седьмая ===
Во дворце уже довольно долго царило абсолютное спокойствие. Дарнаэлу хотелось верить в то, что так продлится ещё хотя бы несколько дней — неделя без покушений, но зато со свадьбой, казалась ему всё таким же сущим безумием, как и часы, обременённые казнью. Впрочем, Тьеррон ненавидел всякий официоз, считайся он отвратительным или приятным среди людей, посему вряд ли порадовался бы торжеству больше, чем очередной попытке его убить.
Сэя не казалась уставшей. Напротив, она была полна энергии и какого-то дикого рвения к работе. Может быть, проблема заключалась в том, что женщина ещё не успела привыкнуть к своему новому статусу — вот только Дар так и не заметил ни единой попытки отомстить кому-либо с её стороны.
Ему даже порой казалось, что мстить Тальмрэ решила своей матери, но для этого было достаточно уже одного факта её правления тут, в Элвьенте. Дарнаэл Второй даже не слишком старался ограничивать женщину, словно позволяя ей быть нормальной, абсолютно полноправной королевой, что, впрочем, пока король на месте, не особо зарывается и не особо нагло относится к данной ей чести.
— Это отвратительно, — выдохнула внезапно Сэя, отшатнувшись от книги. — Я никак не могу выбрать способ…
— Мести? — с усмешкой уточнил король, обнимая её одной рукой за талию.
Они находились в библиотеке — в этом царстве знаний обычно хозяйствовал Тэравальд, вот только сегодня Са стандартно куда-то убежал, ещё и не закрыл двери. Король не особо церемонился — насчёт выговора он будет думать тогда, когда Тэр вернётся на место, а всё остальное волновало его довольно мало. В любом случае, в библиотеку заглядывали поразительно редко, так что король не удивился бы, если б и через неделю открытого состояния её никто и не посетил бы.
Сэя казалась сердитой. Впрочем, не так, как её мать — та обычно пылала праведным гневом и заражала им всех, кто только был рядом. А девушка старательно скрывала от людей отвратительное настроение за приятными улыбками, и только когда ей удавалось наконец-то остаться наедине с самой собой, показывала всю злость, раздражение, накопившееся за много дней.
Дарнаэлу этот вариант нравился.
Нет, Лиару забыть он так и не смог, да и… Кажется, давно уже смирился с тем, что это нереально. К его огромному сожалению, эрроканская королева умела быть запоминающейся женщиной, да и у них двое детей. Лиара — часть уговора с Сэей, и Дара почти не волновало то, как его нынешняя супруга достигнет сего результата.
…Она казалась удивительной — в этих лучистых пятнах перекрёстных окон, что так и пронизывали насквозь её солнцем, Тальмрэ будто бы сияла. Он упрямо пытался понять, где видел её до этого, но память отказывалась приходить, и Тьеррон каждый раз оказывался в тупике. Что тут происходит? Почему она кажется ему до боли, до ужаса знакомой, отчего такое стойкое и непонятное впечатление, что он разговаривал с нею много-много раз?
Это больше не имело значения. Сэя не приходила ему в снах и не была женщиной его мечты, но, в отличие от многих других, она умела занимать второе место и чувствовала себя там вполне комфортно. Дар не мог её полюбить не потому, что она была плоха, а потому, что в его жизни уже существовала Лиара. Если б не госпожа Эрроканская, пожалуй, Тальмрэ была бы первой, на кого он обратил бы внимание.
Сейчас она больше походила на советницу, чем на супругу, и их обоих это вполне устраивало. Сэя получила власть, он — обещание, и больше ничего, а совместное, так сказать, времяпровождение — всего лишь приятный бонус. Не обязательно любить для того, чтобы получать удовольствие; это совместимо даже с ненавистью и отвращением, а сердце Тальмрэ, впрочем, было свободно.