— И? — сердито переспросил принц. — Что мне тут делать? Взрастить ещё одну линию леса, или как?
— Мне надо посмотреть на то, насколько хорошо восстанавливается твой резерв и как легко ты его тратишь на заклинания.
— У меня есть магическое образование, — отозвался Рэй. — И я спал всё-таки не на каждой лекции, а сначала даже внимательно слушал. Поэтому прекрасно знаю, что стандартные заклинания забирают одинаковые измерения силы, к тому же, это всегда можно регулировать. При наличии достойного опыта, естественно.
— Можно, — согласно кивнул Тэллавар. — Но как что до природного дара? Ведь у тебя есть что-то, что ты можешь делать без заклятий и образования? Да?
— Допустим.
— Меня интересует прямой ответ.
— Если вас, господин Высший, интересует прямой ответ, то вам надо было брать в ученики какого-нибудь ребёнка. Тот не утаил бы ни единого своего магического успеха за всё долгое существование на этом свете. А я, увы, не в том прекрасном возрасте, чтобы радоваться каждому листику на дереве или каждой капельке водички.
— Шэйран, не груби. Я должен знать потенциал. Чтобы начать работать над материалом, следует понимать, какой у него состав.
— А я повторюсь, — Рэй повернулся к нему спиной, — что я всё-таки выдержал несколько лет в той проклятой Вархве и даже получил диплом. Мне не нужно всё это. Не нужно обучение с нуля. Мне надо, чтобы меня оставили в покое.
Отчаянное недовольство буквально кипело в нём, превращалось в дикие и бурные волны, и сдерживаться парень совершенно не планировал.
Он вновь посмотрел на Гартро, а после присел на какой-то пенёк и уставился на ближайшее изломанное деревце.
Оно было совсем тоненьким, поэтому первый же бурелом посреди дубовой рощи превратил его в козла отпущения — сломил тростинку, обратил в давно уже изгнившее подобие в будущем могучего дерева.
— Сколько мне работать? — наконец-то спросил Рэй. — Я должен знать временной отрезок.
— Сплошной поток магии до полного истощения резерва. Обычно используют вторжение в ауру, чтобы посмотреть на скорость истощения, но ты, скорее всего, будешь сопротивляться.
— Разве полное истощение не приводит к тому, что мага потом надо долго и старательно откачивать?
— Приводит. Но ты остановишься в секунде от края, я думаю, сможешь, к тому же, учитывая скорость наполнения, плохое самочувствие не затянется дольше, чем на пару секунд. Ну, приступай.
— Только отойдите подальше, — Рэй уставился на сломленный дубок. — Я хочу заняться именно им.
Тэллавар лишь пожал плечами. Он явно был уверен в том, что отступать совершенно необязательно, всё равно парню даже примерно не хватит сил для того, чтобы превратить его хотя бы в маленькое порядочное деревце, у которого есть шансы на выживание.
Шэйран не стал тратить время на то, чтобы убирать или восстанавливать отмершую часть. Ему не понадобился даже тактильный контакт, который всегда нужен был прочим магам, даже с природным даром, при работе с чем-то таким.
Растения всегда получались у него очень просто — единственное место, где приходилось сдерживать свою силу, чтобы получить положенную тройку и не потерять тот самый прелестный образ, что так старательно к нему прицепился.
Шэйран игнорировал и то, что тучи в очередной раз старательно пытались сомкнуться над головой, и тени от огромных деревьев вокруг. Теперь не существовало ничего, кроме этого сломленного живого существа.
Гартро за спиной хохотнул. Прошло уже несколько минут, а ничего не изменилось. Деревце не начало восстанавливаться.
Шэйран сдержал улыбку.
Конечно, иногда это случается быстро. Но с травами всегда проще. У дуба была душа, пусть маленькая и несформированная. Рэю даже на мгновение показалось, что у них есть некоторые общие черты — его тоже так старательно ломали всё это время, и разве что чудо могло помочь исцелиться.
А после сила потекла по воздуху, вливаясь в дерево.
Осколки пропадали. Щепок больше не было. Омертвевшая часть так и осталась тонкой, несформированной зелёной кроной там, под ногами, но ввысь устремились новые сочные побеги. Сначала росток возвращался в нормальную форму неохотно, после — уже более быстро, и вместо пустой палки появилась густая крона.
Рэй не собирался останавливаться. Он не чувствовал того, как уходила сила, но знал, что когда она наконец-то закончится, то всё остановится.