Он шёл на всхлипывание. Потому что девушка в таком состоянии обязана плакать, и это не имело значения, в одиночестве она или нет.
Он вышел на балкон, где сжалась в углу девушка, и казалось, что она почти позволила к себе прикоснуться. Это не имело никакого значения — то, что через мгновение послышалось покашливание откуда-то снаружи, Рри всё равно повернулся лицом к тому, кто мог навредить принцессе.
— Я не позволю отравить ещё и её! Королева Розана…
Он запнулся. Дар смотрел на него так осуждающе, словно только что Рри сообщил что-то противозаконное и противное.
— Розана, я провожу тебя в твои покои, — внезапно мягко промолвил Тьеррон, протягивая руку. — Проверю еду, которую тебе принесут, если хочешь.
— Я туда не пойду, — девушка прижалась к поручням балкона, и Рри почти гордо улыбнулся, радуясь тому, что она с такой лёгкостью оттолкнула помощь ненавистного Дарнаэла. Но, тем не менее, что-то ещё заставляло его насторожиться, что-то было не так в её словах.
— Я прослежу за тем, чтобы никто сегодня к тебе не заходил. Роуз, пойдём, — Дарнаэл протянул руку, и она на сей раз приняла приглашение, последовав за ним с опущенной головой. Слёзы прочертили тонкие дорожки на её щёках, словно девушка пыталась смириться с тем, какую судьбу ей пророчили теперь.
Они остановились где-то в конце коридора — Рри надеялся, что Дар позволит себе лишнее, будет настаивать на том, чтобы она избрала его кандидатуру. Ведь, как бы он ни колдовал, он всё равно лишь обыкновенный простолюдин. У него нет манер, которые нужны для того, чтобы обмануть великолепную принцессу.
Нет, королеву.
Он не сможет убедить её, как бы ни старался. Для этого нужно мастерство посильнее, чем обыкновенная магия, и вряд ли таковое у Дарнаэла есть.
Они остановились у двери, и Тьеррон всё так же стоял на расстоянии вытянутой руки и никак не собирался его сокращать, словно боялся напугать девушку.
— Виновного уже нашли, — он говорил совсем тихо. — Они требуют, чтобы наказание придумала сама королева. Я понимаю, что…
— Я пойду, — упрямо промолвила Розана. — Только завтра утром. Пожалуйста… — она шмыгнула носом. — Я хочу побыть одна. Просто побыть одна.
Рри хотелось вмешаться. Это опасно. Она не имеет права быть наедине с самой собой, ведь у коварного отравителя могут быть сообщники, они обязательно выберутся сюда и попытаются её отравить — чтобы окончательно уничтожить королевскую династию. Это теперь тоже выгодно, хотя бы для того, чтобы банально замести следы. Ей в бокал тоже подлили какую-то гадость.
И спас её не он, Кэрнисс, а проклятый Дарнаэл — у которого самого в руках был бокал с ядом, просто он понял, что это отрава, чуть раньше, чем все остальные.
— Хорошо, — внезапно согласился Дарнаэл. — Это можно. Одиночество до утра. Я прослежу, чтобы никакой стражи рядом не было. Надеюсь, заклинания тебя не постесняют? Для безопасности, совсем немного. Мне потребуется пять минут, чтобы всё сделать, а потом я уйду и вернусь завтра утром. Обещаю.
— Спасибо, — неожиданно облегчённо выдохнула Розана. Казалось, она испугалась за свою жизнь совсем чуть-чуть. — Ох, Богиня… Мой папа… Ох…
Она всхлипнула и неожиданно разрыдалась. Дарнаэл мгновение стоял отдалённо, а после осторожно обнял её за талию, привлекая к себе, и девушка, на которую не действовали его чары, растаяла, буквально повисла на шее проклятого волшебника, всхлипывая, будто бы отчаянно пытаясь ухватиться за то, что однажды станет легче, однажды ей наконец-то станет…
Хорошо или плохо, она понятия не имела, как будет там, за стеной из немых ипостасей будущего, вот только Рри явно уже терял все шансы быть королём. Он мог вмешаться, знал, что должен сделать это прямо сейчас, поэтому вышел из тени, направляясь к королеве.
— Ваше Величество! — начал он, не думая даже умолкать на секунду под укоризненным взглядом Дара. — Ваше Величество, я тоже готов вас охранять! Я уверен в том, что именно этот богопротивный маг, именно он виновен в смерти вашего отца и брата. Он борется за корону и…
Девушка смотрела на него так, словно впервые в жизни увидела что-то действительно настолько отвратительное, как Рри.
— Рри, какая корона? — не сдержался Дарнаэл. — Гори она пропадом, умерли люди! Её отец, в конце концов! Я надеюсь, это достаточный повод для тебя, чтобы отложить гонку и огласить траур хотя бы на несколько дней?