Наследник престола? Тьеррон. Конечно же! Вирр был очень наивен, слагая свои собственные сказки об отношениях короля и его придворного мага. Вся эта забота со стороны Дара не была выдуманной, не была просто попыткой прикрыться, но не была и приуроченной к великой любви. Конечно, смешно было предполагать, что у сорокатрёхлетнего, абсолютно здорового, между прочим, мужчины, с которым мечтает переспать добрая половина страны, нет ни единого ребёнка, но всё же Рри надеялся на то, что рассчитывать следует максимум на девятилетних-десятилетних деток.
Вот только короля Дарнаэла после его семнадцатилетия где-то носило лет восемь. Конечно же, за то время он успел найти себе любимую женщину — а в том, что Шэйран приходился сыном Дару, Рри уже даже не сомневался.
Магия. Синие глаза. Внешность — до сих пор всё те же отвратительные отголоски Дарнаэла Первого. Да и кто может быть более важным наследником престола, чем признанный племянник, ещё и племянник по королевской линии, от родной сестры, дочери и короля, и королевы, да ещё и родная жена? Нет, всё это может победить только дочь или сын — кровные.
На дочь Шэйран… Шэйран Тьеррон походил крайне мало.
Рри устало остановился. Впереди, как ему показалось, весело трещал костёр, и он медленно поковылял в ту сторону, надеясь на то, что увидит хотя бы тень живого человека. Всё-таки, усталость старательно давала о себе знать, и он едва-едва передвигался, задыхался от усталости и, казалось бы, планировал немедленно превратиться в некое подобие…
Кого?
Кажется, чего-то вроде летучей мыши с запавшими глазами. Почему-то эта стойкая слепая ассоциация никак не желала лишать мысли Рри, вопреки всей её безумности укоренившись абсолютно чётко и плотно. Летучая мышь. Слепая летучая мышь.
Он остановился между двумя деревьями, кроны которых почти полностью срослись. Можно было подумать, что это портал в параллельные миры, вот только Рри предпочитал не вспоминать о магии.
Сын короля!
Почему было не начать с придворного маша? Если Сэя успеет огласить его официально, а ещё хуже, если на это решится Дарнаэл, то до смерти Шэйрана не стоит и думать о престоле. А Рри почему-то показалось, что, как и отец, молодой Тьеррон просто так не уступит ему своё место. Проклятые маги, а этот, очевидно, ещё и получил силу деда, не планируя нынче ею делиться. А зачем?
Да и разве было с кем?
…Компания у костра была живописная. По крайней мере, ведьмаков и волшебницу Рри определил без единой заминки, пусть и отчаянно подавляя собственное раздражение. Он прежде никогда не встречал никого из компании, но парни уже вызывали раздражение. Какие-то безвольные, словно зомбированные их спутницей.
А вот ведьма, вопреки всем предрассудкам, показалась Рри любопытной. Что-то в ней было неправильное, такое едкое и отчаянное, будто бы мир старательно пытался подчеркнуть несколько лишних моментов в девушке, пытался что-то выделить. Чёрные глаза, чёрные волосы, снежная, фарфоровая кожа и знакомый амулет на груди.
Она была ипостасью.
Точнее, как показалось Рри, хозяйкой. Вторая ипостась не ведёт себя до такой степени уверенно, так что, девица — первая.
Он сделал шаг вперёд, и незнакомка резко подняла голову. Сила так и не вспыхнула в её руках, равно как не проявились и оттенки понимания, вот только дышать стало определённо легче, Рри словно переступил через какой-то контур.
— Здравствуй, — холодно поприветствовала она его, словно уже встречала в своей жизни, а теперь старательно пыталась не допустить до более-менее важных и трудных её аспектов. — Кем будешь?
Она обворожительно ему улыбнулась, но Рри умел только ненавидеть. Человеческие эмоции, равно как и возбуждение, были ему абсолютно чужды.
— Меня зовут Рри, — представился он. — А вы кто? Куда направляетесь?
— Я Лиррэ, — равнодушно ответила девушка. — Это мои рабы. Они выполнят любое моё пожелание, стоит только захотеть, — говорила она об этом безо всякой попытки утаить информацию, словно напротив стремилась поделиться новыми фразами, дабы потом не забыть. — И я прибыла сюда для того, чтобы стать королевой.
Рри осклабился. На жадных к власти девушек ему определённо везло.
=== Глава тридцать четвёртая ===
Дарнаэлу казалось, что его голова вот-вот превратится в какую-то стайку банальных осколков, и он ничего не сможет с собой поделать. По крайней мере, ненависть, что разве что в горле не билась, уже успокоилась, и осталось только сплошное беспокойство за родную дочь, что почему-то осталась в руках его сумасшедшей супруги. И как он мог так легко отдать Эрлу и Шэйрана их матери, если знал, что у Лиары не всё в порядке с сознанием?