— Я дал тебе магию, — равнодушно проронил Гартро. — Любовь в обмен на неё — это честная сделка.
Он знал, что не стоит даже напрягаться, чтобы уличить его во лжи. Он не давал ей всего этого. Она должна была стать посредственным, с маленьким резервом магом, у которого не было ни единой возможности расширять свой спектр дара. Она осталась бы никем, только теперь больше не носила бы клеймо позора «без волшебства», а остальное казалось таким, как и прежде. Но с тем даром никогда Сэя не посмела бы противостоять самому могущественному магу Элвьенты за последние несколько сотен лет.
Победить его — если б они сошлись в равном бою, — в одиночку мог разве что Дарнаэл Первый. Не какая-то жалкая ведьма, которой Тэллавар отдал частичку своего могучего, пусть и не безграничного дара.
— Ты дал мне жалкий осколок. А я не прощаю тех, кто пытается окрутить меня, — Сэя вытянула руку, и на ней заполыхало пламя. Казалось, оно перетекало на тонких пальцах, подобно жидкости, лилось на пол и скользило тонкой рекой к ногам Гартро. — И это уже не сделка. Ты должен вернуть мне всё то, за что я заплатила. Если первая любовь была ценой за те три капли волшебства, то вся способность любить — это плата за всю твою магию.
Тэллавар покачал головой.
— Сделка выполнена. Я дал тебе силу. Ты теперь колдуешь не хуже меня.
— Мне не нужна сила. Мне надо, чтобы её не было у тебя, — пожала плечами Сэя. — Это не имеет значения. Ничто не имеет значения, кроме того, что ты обязан отдать мне свой дар. Отдать мне столько магии, сколько я потребую, в обмен на мои чувства.
Тэллавар усмехнулся. Казалось, он всё ещё воспринимал эту дурацкую беседу, словно игру, и знал, что Сэе никогда не победить, ведь тут он устанавливает правила.
— Ты не можешь меня заставить.
— Могу, — холодно отозвалась она. — Я — королева. В этом государстве правящие лица могут всё.
Пламя меняло свои очертания и превращалось в свиток. Сэя смотрела на него с холодным, ядовитым восторгом во взгляде, но Тэллавар так и не попятился, не проявил животный страх, хотя, пожалуй, ему очень этого хотелось. Правда, Сэя не могла позволить себе продолжать восторгаться его силой, его гадким воровством, равно как и не собиралась делиться секретом, где она сумела отыскать остальную мощь собственного дара.
— Ведь ты ставил на то, что я никогда не побываю в Элвьенте. Потому ты заключал договор с помощью королевы Сандрин — тогда правила ещё она. Подписала, не посмотрев. Ты никогда на самом деле не был Изгнанником, верно, Тэллавар? Вас связывает куда более интересная история, — она подалась вперёд. — Ты заключил с нею сделку. Ты выменял её право Королевы подтверждать всё, что угодно, на смерть её сына. Но есть одна проблема, — Сэя резко, грубо сжала пергамент, словно пытаясь его сжечь, — Дар жив. Ты не выполнил свои обязательства.
— Это тебя не касается. Если Сандрин будет взывать ко мне, я поговорю с нею, но не с жалкой ведьмой, у которой даже сил не было, пока я не вмешался.
— Касается. Когда ты подписывал сделку со мной, ты пользовался заверением Королевы. Тебе даже она не нужна была для этого, потому что ты отобрал у неё такое право. Но теперь, как новая правительница, я признаю это недействительным. Ты не исполнил сделку, Тэллавар Гартро. А по условиям… по условиям, — она раскрыла свиток, — у тебя есть две недели, чтобы выполнить условия и передать мне всю свою магию. Все силы, что есть у тебя сейчас. Иначе — ты умрёшь. Таковы условия договора.
Она держала пергамент за самый край, но тот уже успел раскрутиться и катился к ногам Тэллавара. Он был невыносимо длинным — перечень наказаний и заклинаний, что придумывал для неё Гартро, и один короткий пункт о смерти.
Только она умудрилась внести коррективы, и теперь наказание смело ложилось на и первого, и второго человека, что участвовал в подписании этого сумасшедшего, дурацкого договора. Тэллавар даже не мог до конца его отрицать, на это у него просто… совести не хватало, что ли.
— А теперь иди. Ты свободен, старик, — Сэя расправила плечи. — Считай, что я жду. Магия либо жизнь.
Магия и жизнь. Тэллавар знал ответ — как только он отдаст свою силу, он умрёт. Столько, сколько он продержался на этом свете, нормальные люди не живут.
Тэллавар ворвался в маленькую комнатушку наследного принца самым настоящим вихрем. Прежде он никогда не проявлял так яро своё нетерпение, но теперь, когда опасность стучала в двери, больше не имел никакого права тянуть.
Шэйран сидел над какой-то книгой — к счастью, один. Конечно, это немного вызывало удивление, обычно рядом с ним постоянно крутилась одна и та же темноволосая ведьмочка, но нынче она бы только помешала.