Стражник рассмеялся.
— Ну, парень, ты даёшь, — присвистнул он. — Мать — королева Лиара… Я б тебя отпустил за хорошую выдумку, но не могу. Давай, вперёд, пойдёшь сам и без сопротивления — мы тебя потом, после выяснения личности, трогать не будем…
— А что, с сопротивлением мне грозит массовое избиение? — язвительно уточнил Шэйран. — Или что похуже, в чём советник Вирр Кэрнисс старательно подозревает па… Его Величество?
Стражник расхохотался.
— Слушай, — он хлопнул его по плечам. — Ты столичный? Да? Раз о слухах в курсе? — Рэй рассеянно кивнул. — Ну, скажи, а тот придворный маг — он вообще как? Хоть есть на что глянуть? Не то чтобы я интересуюсь… — мужчина поспешно убрал руку, — просто у нас новое начальство, может, тоже с наклонностями. По крайней мере, мне так показалось. Он тут всего три дня, его королева назначила, говорит, понравился он ей. Вылетит, конечно. Ну так что, есть на что посмотреть, на придворного мага-то?
— Есть, — Рэй едва сдержался, чтобы не закатить глаза. Стражник развеселился. — По мнению многих, очень даже.
— Хм, ну, у короля губа не дура, — фыркнул мужчина. — А как? Правда то, что о них говорят? Отношения, то да сё? Не, наши-то не верят, но некоторые злые языки судачат о том, что жена у короля тоже только для прикрытия. Правда, что ли?
— Нет, — о, послушал бы отец, что о нём городит собственная стража, схватился бы за голову, — жена не для прикрытия, а как раз для тех целей, для которых служит жена. А с придворным магом у короля тёплые отношения благодаря родственным связям, — Шэйран прищурился. — Понимаете ли, господин стражник, беда в том, что придворный маг — сын Его Величества.
— Парень, ну не городи уже с три короба! — махнул рукой тот. — Что, второй сын?
— Почему второй? — удивился Рэй. — Всё тот же.
И вытянул руку с вспыхнувшим на ней пламенем.
Стражник попятился. Нельзя сказать, что он воспылал верой относительно того, что у короля действительно есть наследник престола, но волшебство его явно убедило в том, что с незнакомым парнем, решившим полежать под дворцом, лучше не связываться.
— Вы… того, — он поперхнулся, — простите меня… Высочество. Ваше. Я ж не знал… Я случайно… Так, посмеяться… Я ничего такого не хотел… Смотрю — лежит парень, отдыхает, я тут решил спросить, всё ли хорошо, ну…
— Ага, — Шэйран взвесил в руках пульсар. — А я так, под руку попался. Случайно. Так что, мы идём в кутузку? Или к королеве?
Стражник посмотрел на него — пристально так, внимательно, — потом отчаянно замотал головой и бросился прочь со всех ног, не собираясь попадаться под горячую руку, ежели что-то случится.
Рэй погасил пульсар и пробормотал знакомое заклинание, восстанавливая приличный вид собственной одежды. Ещё надо было найти какую-то лужицу и старательно умыться, и тогда вообще прекрасно будет. Впрочем, грусть не смоет никакая вода, но ведь он обещал бабушке… Обещал, что будет держаться.
Парень зашагал вперёд — медленно, едва переставляя ноги. Выглядел он уже вполне прилично, так что принимала его стража точно за какого-то богатенького сынка, которого бросила ради друга привередливая любовница.
Перед глазами всё ещё стояла Далла. И её слова — о том, что он должен выдержать. Должен выстоять. Должен стать сильнее ради неё.
Отказываться от обещания он не собирался.
Надо просто немножечко подождать до того момента, пока утихнет боль утраты, а потом, когда будет легче… Впрочем, чего тянуть? Зачем постоянно откладывать мгновение, когда можно будет равнодушно отбросить в сторону все глупости, а потом взяться за дело по-человечески, а не так, как у него обычно это получается. Отчего-то Шэйрану очень хотелось верить в то, что на этот раз попытка стать нормальным магом будет удачной, а бабушка там, на том свете, не разочаруется им. Он ведь обещал — а обещания принято выполнять.
…Солнце светило безумно ярко. в Дарне всегда было жарко, вот только прежде парень умудрялся игнорировать чрезмерно высокую температуру и почти спокойно относился к тому, что происходило на улице. Теперь шум и крики посторонних вызывали раздражение, и Рэй только ускорил шаг.
Стражи больше не было. Нет, они проходили мимо, конечно, но настоящее присутствие — это когда служивые останавливают для личного досмотра едва ли не каждого на первый взгляд не местного человека.
Правда… Шэйран тянул на местного, наверное. Особенно со спины. Конечно, когда-то давно все дарнийцы были черноглазы, черноволосы и смуглы, за редкими исключениями, но теперь в толпе всё чаще и чаще мелькали тёмно-русые и каштановые головы, цвет глаз и вовсе варьировался от светло-серого до жгуче-чёрного, разве что зелень и синева действительно встречались редко.