— Короли должны уметь идти на великие жертвы?
Он только спокойно кивнул, соглашаясь с этим — в конце концов, пусть на жертву шёл и не он, без смерти Кальтэна дальше продвигаться было некуда. Он сошёл с ума — в прямом смысле этого слова, — а сумасшедшие всегда опасны для общества, каким бы чёрствым и отвратительным оное не оказалось.
Они просто совершили то, что должны были, и только. Пусть человека и жаль — как и каждого, — пусть Антонио разбит и молчалив — не проронил ни единого слова с момента смерти отца, и Дар прекрасно понимал его мотивы… Всё это рано или поздно должно было случиться.
— Пойдём, — она бегло обернулась на дворец, словно желая спрятаться куда-то от посторонних взглядов. — Ты уверен, что твоя армия не разрушит мне половину королевства?
— Абсолютно.
Лиара кивнула. Сейчас посеревшие улицы Кррэа были до того пустынны, что чужое войско может размещаться там, где ему угодно; всё равно в городе полно бессмысленных, пустых храмов — пустых для элвьентцев, и король уже явно дал им разрешение ложиться спать на алтарях у богини Эрри. Он ведь не верующий, зачем ему поклонение кому-либо?
Но она сама уже постепенно начинала разочаровываться во всём, что было связано с пресветлым образом женщины, которой поклонялась вся страна. Каждый раз, когда женщина смотрела на фреску с её портретом, почему-то думала, что видела уже где-то — и потому отворачивалась и старалась не обращать внимания на полузнакомые черты лица.
— Они пояснили тебе, что случилось? Поверили сразу? — она ступила в полумрак коридора и замерла, дожидаясь, пока стража запрёт за Дарнаэлом дверь. — И действительно приняли тебя за своего короля, если ты пришёл во главе эрроканских отрядов?
— Я пошёл туда один, — усмехнулся мужчина. — Во главе эрроканских отрядов меня бы не медля пристрелили и, думаю, правильно бы сделали, а так приняли, как своего прекрасного любимого короля, успокоились и вместе со мной порадовались жизни.
— Аж так?
— Пришлось пощекотать им нервы растущей к небесам травушкой, но в целом — никаких эксцессов, — подробности о том, как старательно Кальтэн пытался его пристрелить, были для Лиары излишни. — У тебя тоже есть какие-то новости?
— Не такие хорошие, как у тебя.
Он лишь коротко усмехнулся. Разумеется. В Эрроке никогда не случается ничего хорошего, особенно когда разведка отрывается от молитв своей богине и начинает замечать то, что происходит вокруг.
— И что же случилось?
Лиара молча поднималась вверх по крутым ступенькам — ответ казался ей чем-то лишним. Пальцы осторожно скользили по каменной стене, и она словно боялась упасть — то и дело оглядывалась на Дарнаэла, но вынуждала себя идти дальше.
— Не молчи, Лиа. Мы сейчас не в том положении, чтобы я вытряхивал из тебя ответы.
Она вновь ничего не ответила, но остановилась на лестничном пролёте, будто бы собираясь с силами, чтобы совершить следующий рывок.
— Голова кружится, — отозвалась наконец-то женщина. — И, между прочим, ты мог бы мне помочь. Я устала.
Ему хотелось сказать о том, что долгие путешествия непонятно куда, занимающие по несколько дней в седле без остановок — потому что они гнали, как сумасшедшие, как минимум половину дороги, — тоже не способствуют хорошему самочувствию, но Лиара и вправду была бледна. Её рыжие волосы теперь казались какими-то посеревшими. Может быть, виной был тусклый свет факела — окон в этом коридоре не оказалось — но Дарнаэл предпочитал рассматривать все самые плохие варианты.
Королева никогда не бледнела, будто стена, от плохих новостей. Их она сносить умела, если, конечно, речь не шла о чём-то слишком плохом. Но… Столица стоит. Их дети, предположительно, живы. А всё остальное вполне можно исправить.
Вообще-то, для любящей женщины нормально было бы переживать за свою вторую половинку, отправившуюся останавливать громадную армию. Но он хорошо знал Лиару — и угасший взгляд у неё от переживаний не появлялся.
А она знала его — неубиваемый, как бы она ни старалась, король Элвьенты, подери его богиня Эрри. Ну и разочарование в вере — страшная, точнее, страшно глупая причина, вот только и в неё особой веры у Дарнаэла не было.
— Пойдём, — он приобнял её за талию, не позволяя упасть. В голосе чувствовались успокаивающие нотки — пожалуй, Лиару следовало проводить до постели и оставить одну как минимум до утра.
— В тронный зал.
— В спальню, Лиа, — покачал головой мужчина.
— Туда дальше.
— И часто тебе становится плохо? — он внимательно посмотрел на женщину, но та лишь коротко покачала головой. Нет, не часто — может быть, сегодня первый раз. Магия бушует, луна не в той фазе?