Мон кивнула. Ей не хотелось об этом слушать, как и не хотелось участвовать в политических играх, что всегда вносили сплошную смуту в сердца и заставляли удивляться каждому жесту.
— Провокаций в последнее время слишком много. Тот, кто развяжет эту войну, потеряет поддержку Сил, — выдавила наконец-то из себя Тэзра. — Таковы условия договора. Против того, кто всё это начнёт, обернётся даже сама граница. А ты понимаешь, что магия, которая в наших руках является оружием, пойдя наперекор своим владелицам, только всё уничтожит.
— Тогда почему нельзя жить мирно? — удивилась Моника. — Вдруг принцесса Эрла просто отказалась от магического эксперимента и сбежала, а мы уже подозреваем Элвьенту в преступлениях…
— Может быть, и так, — пожала плечами Тэзра. — Это не имеет настолько серьёзное значение, как тебе кажется. Да, в Элвьенте почти нет магов, и волшебство там не приветствуется… Но тогда и магия не может повернуться против них. Им проще развязать войну. Их не остановит граница, если там от силы один маг на всю армию. А мир… Он — существо хрупкое. Лиара просто хочет избавиться от обязательств, под которыми сама же и поставила свою подпись.
— Что может быть лучше мирного сосуществования?
— Только власть, — коротко отозвалась Высшая Ведьма. Её лошадь немного замедлилась, и Монике тоже пришлось осадить свою, что так и рвалась в неведомые края. — Лиара её хочет. Дарнаэл — тоже. Они — короли до мозга костей, и вряд ли мирный договор однажды удержит их от желания владеть всем континентом. Это назревало давно, но… Вылезло в наше время. Если ты сможешь отыскать что-то, в чём Дарнаэл ищет силу, что-то, что способно сдержать нашу магию, то, что удерживает границу — цены тебе не будет. Это станет доказательством того, что он начал битву первым.
— А если нет? — Мон немного неуверенно улыбнулась, пытаясь понять, зачем вообще происходит всё это безумие.
— То тогда всё будет ещё проще. Лиара продлит мирный договор, и мы получим ещё лет пять спокойной жизни.
Моника кивнула. Для этого следовало постараться, но соврать и сказать загодя, что там ничего не будет, она не могла. Это подведёт родное государство, даст ложную надежду, что никогда не помогает — ведь если Дарнаэл нападёт, сумев обойти договор, Эррока рухнет?
К тому же, она до сих пор не могла понять, как такой огромной страной может править мужчина. У него должен быть хотя бы нормальный советник, но тот тоже явно не блещет умом, да и вообще…
Возможно, оно было бы куда лучше — если б только королева Лиара могла завоевать земли, принадлежавшие её заклятому врагу!
— Я не понимаю, — наконец-то не смогла сдержать предположение Моника, — как такая огромная страна может держаться на мужчинах! Разве они не должны вносить разлад в дело?
— Всяко бывает, — фыркнула Тэзра. — Среди них бывают достойные.
— И вы знаете хотя бы одного?
Неверие в голосе девчонки вызвало у ведьмы короткий смешок, и она только покачала головой, вновь устремив взгляд куда-то в небеса. Деревья смыкали кроны над их головами, и оставалось только подгонять лошадь, дабы успеть отъехать довольно далеко.
— Знаю, — кивнула Тэзра. — Мне повезло быть ему хорошим другом, но на большее, увы, я не способна. И единственной его глупостью, — Высшая Ведьма прикрыла глаза, — был выбор возлюбленной. Что он отыскал в ней — понятия не имею, и… — она запнулась, а после весело засмеялась. — Ну, что же, это та самая мужская глупость сыграла с ним злую шутку. Будь он в своём уме, то никогда бы даже не подошёл к ней.
Моника не стала даже спрашивать, о ком шла речь. В конце концов, личная жизнь Высшей Ведьмы — это отнюдь не тот вопрос, который должен её интересовать.