Почти все уцелевшие пассажиры покинули горящий самолёт, мы остались одни с Заключённым. И присоединятся к погибшим не хотелось вовсе. Огонь становился всё ближе. Жар нарастал. Времени было немного.
Непроизвольно я вспомнила фильм Титаник, мы с Лиззи тайком смотрели его вечером. Мне жутко полюбились герои и я плакала взахлёб, когда Джек и Роза мёрзли посреди океана. Наша ситуация показалась мне схожей. Вместо холода – жар. Вместо корабля – самолёт.
Стоп. Нужно перестать романтизировать всё на свете, это всё моя фантазия и любовь к книгам. Любую жизненную ситуацию пытаюсь раскрутить в сюжет романа.
Я опустилась на четвереньки и стала искать ключи, стараясь не думать, что могу сгореть заживо, рискуя жизнью из-за малознакомого мне преступника. Шарила руками по многочисленным карманам.
- Я смотрю, хладнокровные тельца тебя не особо отпугивают? – прикованный цепями к креслу по рукам и ногам Заключенный сохранял невозмутимое спокойствие и непозволительную надменность для человека в его положении. Вокруг его шеи также была обвита толстая цепь, не позволявшая вертеть головой.
Судя по всему, после его утренней выходки полицейские решили подстраховаться.
- В церкви я часто помогала папе бальзамировать тела. Он всегда говорил, что нужно бояться живых, а не мёртвых. – Не знаю, зачем я это всё ему рассказываю. Просто хочу заполнить гнетущую тишину и не думать о подкрадывающемся огне. Разговор отвлекает меня от пугающего, приближающегося всё ближе огня. Самолёт же не может взорваться?
- А папа у нас кто? – Спокойный голос меня успокаивает. Мне очень нравится тембр. Мягкий. Уверенный. В отличие от меня мужчина совсем не нервничает.
- Пастор.
- Ну теперь понятно, что с тобой не так. – Он сказал это ровно тогда, когда я нашла в мужском кармане увесистую связку ключей. Его комментарий немного выбил меня из равновесия. Я зависла, поворачиваясь к нему.
- А что со мной не так? – Не понимая, что он имел в виду, смотрю в мужские глаза растеряно. Заключенный хитро ухмыляется, растягивая пухлые губы со шрамом от уха до уха. Не могу оторвать взгляда от тонкой белой полоски. Притягательная изюминка.
- Хочешь сейчас поговорить об этом?
Определённо нет. Я подскакиваю к нему и начинаю подбирать ключи к замкам. Самый настоящий квест, но мужчина меня не торопит, просто не мешает, наблюдает за моими дрожащими руками не мигая.
Когда я открываю последний замок, он моментально вскакивает на ноги, подхватывает меня на руки и бежит к выходу. Он с такой лёгкостью удерживает меня одной рукой, что я поражаюсь его силе. Огромная ладонь сжимает мою попу, оставляя на ней синяки. Ещё немного и, кажется, я свыкнусь к такому положению рук на моих ягодицах.
Двигается Заключённый быстро, ловко, легко ориентируясь.
Мы выбираемся из самолёта, я жадно ловлю ртом свежий, немного влажный воздух. За нашими спинами раздаётся взрыв и нас обдаёт жаром. Хвост самолёта взорвался.
Глава 6. Остров.
Из сотни пассажиров и экипажа выжило два десятка людей. Мы сгруппировались в маленькую стайку и пытались понять, где мы и что теперь делать. Вокруг нас был песок, океан и ночь.
Казалось, что мы были одни на этой грешной планете. Людей охватывала злость и отчаяние. Не было сил даже на слёзы, все были как под гипнозом.
Я стояла рядом с раздражённым Колином, отказывающимся разговаривать со мной после моей, как он сказал, дикой выходки. Муж смотрел соловьиными глазами на то, как Заключенный со мной на руках выскакивал из самолёта. Пожалуй, зрелище было впечатляющим. Мне бы хотелось увидеть это со стороны. Ради интереса.
Папа часто был недоволен поведением мамы, громко отчитывал её и пристыжал, поэтому я относилась спокойно к такой реакции Колина. Успокоится. Позлится, а потом поймёт что иначе поступить было нельзя.
Выжившие полицейские глазам своим поверить не могли, что их подопечный живой и здоровый. Без оков. Я, по тому, как они посмотрели на нас, поняла, что мужчины возненавидели меня всей душой. Я спасла того, кого нельзя было трогать и тем самым подкинула им головной боли. Не самый разумный поступок выпускать приговоренного на смертную казнь.