- Может и ублюдочный. Но у меня башка по крайней мере варит в отличие от Вас. Мы на юге. Потерпели крушение минут тридцать назад, а спасатели так и не прибыли, что может означать, что мы потерпели крушение на частном острове в районе Майами, где глушится связь… Другими словами, нас никто и не будет здесь искать. Соберитесь уже и готовьтесь выживать. – Он говорил с неприкрытой издёвкой, с наслаждением наблюдая за реакцией от его слов. Очень хотелось, чтобы Заключённый ошибался. Я перевела глаза на полицейского, надеясь на то, что он опровергнет последнее заявление, но он временил и не спорил.
Они схлестнулись взглядами, но больше ничего друг другу не говорили, только прожигали глазами дыры от ненависти. Между этими двоими явно давняя неприязнь.
- Так. – Полицейский Оушен, если Заключенный правильно его назвал, похлопал в ладоши, привлекая к себе внимания и прося нас всех подойти к нему. – Пассажиры рейса 0897, пока нас не нашли, будем придерживаться друг друга и законов Штатов. Как офицер и старший по званию принимаю командование на себя. Сейчас мы постараемся разбить лагерь на берегу. До утра никому нельзя будет его покидать. Когда рассветёт, мужчина отправятся на поиски питьевой воды и фруктов. Будет надеяться, что нас найдут раньше. Что касается заключённого ноль шесть, то его мы привяжем к пальме и будем наблюдать за ним по очереди всю ночь, чтобы он не наделал глупостей.
- Пф. – Заключённый откровенно подрывал авторитет Оушена, пряча руки в карманы комбинезона. На его лице было столько презрения и насмешки, что мне стало самой не по себе. – С хрена ли ты тут главный?
Он говорил угрожающе. Идея с пальмой ему не понравилась и его можно было понять.
- Потому что у меня у единственного тут ствол. – Предупредил грубо Оушен, хлопая по кобуре с пистолетом. – Так что заткнись, ноль шесть, иначе приговорю тебя прямо здесь.
- Так может померяемся стволами? У кого длиннее, толще? – Мужчина очень распущен и похабен, из него прёт тестостерон. Заключённый напоминает мне подростка. Когда Оушен вспыхивает и собирается ответить, мужчина достаёт из-за спины пистолет и снимает его с предохранителя. Пассажиры начинают визжать, а вот полицейский явно шокирован, не ожидал, что у него будет пистолет. – Я об этом, если что, Оушен, а ты о каком стволе подумал?
Не верю собственным глазам. Когда он успел стащить пистолет? В самолёте своего пистолета у него не было точно.
- Давайте так. – Говорит Заключённый, направляя пистолет прямо в голову ошарашенного Оушена. – Не трогаете меня, а я Вас. Ты можешь играть, Оушен, в главного сколько влезет, мне похер. Решишь посягнуть на мою свободу, отстрелю твои маленькие кокосики в штанах. Всё ясно, пидр ушастый?
Его голос разлетался по всему острову. Все прекрасно слышали, что говорит Заключённый, а я невольно обратила внимание на уши Оушена, они и вправду были немного оттопыренные, совсем чуть-чуть, но всё же.
- И ещё. Оглянитесь. Нас не найдут и к завтрашнему завтраку. Мы тут надолго. Так что нравится вам или нет, идиоты, придётся от диктатуры переходить к дипломатии. – Заключённый спрятал пистолет, решая, что Оушен согласится на его условия.
У меня проскользнула мысль, что хоть Оушен и назвался главным, после этой перепалки с мнением Заключённого будут считаться больше.
Глава 7. Местные.
- А кто у нас тут такой милый и красивый? – Надо мной стоял мужчина в красных шортах с пальмами и непринуждённо курил. Пепел сыпался прямо на меня. Я горько поморщилась, не могла вспомнить, где я и что происходит, не сразу вспоминая, что вчера мы пережили авиакатастрофу. Пришлось разбивать лагерь до утра и устраиваться прямо у океана. Колин не разговаривал со мной, а я не могла заснуть до рассвета.
Во-первых, было страшно, что Заключённый прав и мы на этом острове надолго. Во-вторых, трудно заснуть на песке с непривычки. Утром стресс и усталость взяли вверх, и я провалилась в не глубокий сон.
Постепенно до меня стало доходить, что я лежу прямо на песке под пальмой. Рядом со мной уже не было Колина, я лежала одна, а надо мной стоял неприятный незнакомец с короткой, грязной бородой.
Не было ничего доброго в этом человеке, его голос напоминал скрипучий велосипед, а лицо было испещрено шрамами и свежими синяками. Интуиция подсказывала мне, что нужно бежать и звать на помощь.
Я попыталась встать, но мужчина резко сел на корточки и меня прибило к земле. Мужчина обнюхивал меня, облизывался как животное.
- И пахнет карамельками!
- К-ко-ко-лин! – взревела я и попыталась отползти от мужчины. Ноги затекли после лежания на песке. Где вечно мой муж, когда он так необходим?