-она всегда сидела на месте,- совала зверя в огонь костра. Поджаривши зверя до нужной готовности, Огнеглазая мать начинала дележ: самыми мясистыми кусками зверя она наделяла Мелкие головы, самый большой и тоже мясистый выделяла Главной, или Большой, голове, а малыми и костлявыми остатками зверя обделяла проголодавшихся Малых духов. Головы-Главная между плеч и Нательные-съедали мясо за одну минуту с грохотом тысячи огромных лебедок, и потом Нательные требовали добавки, поэтому нам, или Малым духам (а я кормился, как Малый дух), доставалось очень немного еды. Нательные головы, съев свои порции, сразу же начинали ссориться и ругаться, чтоб узнать, которой досталось больше, а когда их ругань доходила до драки, Главная голова принималась их унимать и самых драчливых прижигала глазами.
А мы-Малые духи и я-охотились целые дни напролет, я однажды нам долго никто не попадался, но в 4.30 по дневному времени мы подстрелили небольшого зверька. Мы убили зверька и принесли его в город, и Огнеглазая мать приготовила еду и сначала дала по маленькому кусочку Главной голове и всем Нательным, а то, что осталось, выделила нам. Но Нательные головы проглотили свои порции, а потом поразинули рты и на наши, или потребовали всего зверька, и, как только они поразинули рты, Огнеглазая мать призвала нас к себе, отняла у каждого из нас его порцию и переделила между Нательными головами, потому что хотела видеть их сытыми во всякое время года и суток. А нам подкрепиться так и не удалось. На другое утро мы отправились в лес, или на охоту, ни свет ни заря. А когда разгорелись и свет и заря, Огнеглазая мать вызвала нас к себе и сказала, чтоб мы принесли ей зверя, которого подстрелили, но мы его съели, а ей сказали, что и зверя не убивали, и в лес не ходили, и вообще еще не проснулись. Едва услышавши, что мы не проснулись, она засверкала на нас глазами, и наши одежды из звериных шкур .вспыхнули, как если бы их облили бензином,- и это было нам от нее наказание. А Нательные головы, пока нас наказывали, презрительно хохотали и глумливо ругались.
После наказания она приказала, чтобы мы немедленно отправлялись в лес и не возвращались бы домой без добычи, а иначе она сожжет нас дотла-неважно, хотим мы того или яет,-так она заключила перед нашим уходом. И каждый из яас отправился в лес. Бог был так добр, что меньше чем через
час нам посчастливилось выследить зверя-он был упитанный, вроде свиньи,- и мы его застрелили и принесли домой, Огнеглазая мать приготовила пищу и первым делом накормила головы, а остатки мяса выделила нам - по советам и указа-1-ниям Большой головы,-но зверь был упитанный, а главное, огромный, и мы наелись до полного удовольствия.
В укромной части сидячего тела у Матери был громогласный будильник, но, где он спрятан, знала только она, а кроме нее-никто на земле. Этим будильником она нас будила- каждое утро и в раннее время,-но сначала она варила похлебку, а потом уж включала свой громогласный будильник,. чтобы он верещал многократно и оглушительно. Едва услышавши будильное верещанье, мы строились перед Матерью, как солдаты-в шеренгу,-и у каждого из нас была своя плошка, и Мать выдавала нам по очереди похлебку: каждому духу-половину плошки. Мы получали еду, как солдаты, когда они строятся на обед перед командиром, а Малые головы. хоть и не строились в шеренгу, но тоже получали порцию похлебки, потому что и у них тоже было по плошке, но они при этом говорили Матери-многажды и самыми серьезными голосами,- что она дает нам слишком много еды. Малые головы вечно шумели: они никогда не спали все разом, и те, которые не желали спать, толковали между собой и будили спящих. А если засыпала Главная голова, Малые головы принимались ругаться-мол, Главная голова не дает им уснуть, потому что храпит и рычит, как море,- они ругались и говорили так: "Ишь, закрыла глаза и храпит, будто завывает морской ураган". Но как только она открывала глаза, они кричали: "Не жги нас глазами!"
Парикмахерский день в городе Малых духов.
Нательные головы и головы Малых духов (а Главная голова-само собой разумеется) были покрыты зарослями волос, перепутанных и густых, будто дикие травы, потому что их стригли один раз в сто лет-перед празднеством Тайного Общества Духов.
У них был выделен особый день, и к ним являлся особый дух, который зовется Огненный парикмахер, с синенными ножницами и такой же гребенкой. И когда Огнеглазая мать объявила, что парикмахерский день назначен на завтра, я даже подпрыгнул от нечаянной радости, в надежде подстричься обычными ножницами: мне-то ведь было тогда неизвестно, что их всех пользует Огненный парикмахер, а я не стригся с тех самых пор, как попал в Лес Духов, или четырнадцать лет. Но когда подступил парикмахерский день, я сразу понял, что парикмахер-Огненный: ножницы у него так и пыхали пламенем, а с зубьев гребенки сыпались искры. Он принялся стричь Нательные головы, потому что все там начинается с них.
И они, когда он отжигал им волосы, радостно гоготали, а стонать и не думали. В тот день я заметил, что у них в волосах обитают разные насекомые существа вроде жуков, комаров я ос, а на Главной голове гнездятся птицы, но их не видно в спутанных космах, и они вьют гнезда на голове, как на дереве. Парикмахер обработал Нательные головы и стал заниматься Малыми духами, но, когда он остриг половину духов, головы завопили, что им хочется есть, и Мать послала подстриженных духов добыть какого-нибудь зверя в лесу, а я, чтоб скрыться от огненной стрижки, смешался с теми, кто отправлялся в лес, и Огненный парикмахер меня не заполучил.
Через несколько дней я тяжело заболел, и Малые духи оставили меня дома, чтоб я служил Огнеглазой матери, пока они добывают на охоте зверя. И вот я должен с удивлением рассказать, что она продает огонь своих глаз - всем, кто захочет его купить. И к ней постоянно приходят духи из больших городов и малых селений, но глазной огонь стоит очень дорого.
Я причиняю духам войну
Когда исполнилось ровно три года с тех пор, как я попал к Малым духам, Огнеглазая мать получила письмо с требованием доставить меня в тот город, откуда я убежал к Огнеглазой матери.
Но едва получивши это письмо, она разгневалась и сурово воскликнула, что "Я готова к ожесточенной войне, или любым, самым тяжким последствиям!" И вот стороны назначили день, когда им встретиться на поле сражения: ровно через неделю в это же время. Но прежде чем наступило время сражения, Огнеглазая мать призвала под ружье многих удивительных и страшных существ, которых .можно перечислить так: Добычливый дух с прожекторным глазам, Давай-Бери, победивший для Пьянаря Красных людей из Красного города, Белодолгие твари, Вечноголодное существо, Бесформенное создание и Пальмовый винарь,- все они были уважаемые и важные, а во время войны превращались в отважных. И вот за день до начала сражения они явились в город призыва, или в Тринадцатый город духов. На другое утро Огнеглазая мать выдала Нательным головам пистолеты, сама вооружилась огромной винтовкой, а призванным существам, Малым духам и мне дала в придачу к огнестрельным винтовкам холодное как лед оружие - сабли.