- Не за что.
- Почему тебя прокляли, кто ты, как зовут?
- Нассследный принц коррролевства Коррии Альфред. Женитьссся не захотел, - ответил ей, пробуя языком воздух на вкус. Лера мне нравилась, даже очень. И пахла она приятно: медом.
- Так ты заколдованный принц? - Улыбнулась она, - а чтобы расколдовать тебя, нужен поцелуй? – уже вовсю веселилась плутовка.
- Почти. А что ты готова целоваться с ящерицей? – спросил, прищурив глаза.
- Прости, но не сегодня, - веселилась она. Смешно ей! А мне что делать?!
- Кем ты была в своем мире, Лера?
- Писателем. Сочиняла истории о девушках, что попали в иные миры. Теперь вот, сама попаданка, а думала сказки пишу.
- Сколько тебе лет, двадцать?
- Ну, почти, мне двадцать четыре.
- Замуж бы тебе, - произнес я.
- Так, за кого? То тираны, то неженки кругом, - усмехнулась она.
- Кого же ты ищешшь?
- Нормального. Просто нормального мужика. Чтоб любил и я любила, был сильный, смелый и не мямля, но и не деспот, понимаешь?
- С трудом.
- Вот и меня не понимают. Ладно, - вздохнула она, вставая, - я спасть пошла.
Недели пролетели быстро. Наш плотоядный друг выслеживал добычу, а мы приготавливали ее на костре. Пещера стала нашим домом, мне с каждым днем нравилась рыжая все больше, я полюбил ее. Милая, добрая, смешливая, она могла быть жесткой и надменной. Противоречивая девушка.
Лера часто бросала на меня непонятные взгляды, я так и не мог догадаться, о чем на думает в этот момент.
- Леррра, а у вассс празднуют Новый год?- спросил я. за несколько часов до праздника.
- Да. У вас тоже? Здорово!
- Так, давайте елку нарядим! Я сейчас белкам скажу, они нам шишки принесут, волков подключим, пусть тоже трудятся, песни нам поют, - мечтательно потирая лапки, ответил Йозик.
- Может, не ссстоит? Ты уже весь лессс напугал, все как слышшшат тебя, бегут не оборачиваясь. Даже волки. Ты странный заяц, знаешшшь?
- Вы тоже, так то не подарки! – обиделся он, отворачиваясь, но уже через мгновение поскакал договариваться с волками. Бедные волки! Мне их было жать.
К вечеру, мы нашли подходящую елку. Пушистая, зеленая красавица была недалеко от нашего жилища. Белки принесли шишки, которыми мы украсили дерево, птицы разные стекляшки и бусины. Зажарив мяса, уселись возле дерева, скоро начнется праздник.
Йозик вернулся вскоре в компании волков, которые от страха поджимали уши и хвосты.
- Заяц, ну, отпусти, мы ж никого не ели, ну, зачем мы тебе? Плохие из нас певцы, отпусти, а? – умоляли они.
- Пойте, я сказал! А то зажарю и сьем, как эту утку! Ну, кому говорю?!
Наш ушастый друг был неумолим. Успокоив волков, мы все же их отпустили, а зайцу, дали мяса большой кусок, чтоб не расстраивался.
Время близилось к полуночи, мы, сытые и счастливые, пели песни, но внезапный шум, насторожил нас. Отправил Леру спрятаться под ветки ели, что касались земли, принялся ждать. Из чащи показалась огромная морда. Я, впрочем, сам был не малых размером, но дракон, что пришел на шум, впечатлял. Пятиметровый ящер, разозленный и готовый спалить все вокруг, заревел, пробираясь к нам.
За себя страшно не было, а вот за девушку…Не думаю, что она сможет сразиться с ним.
- Ушастый, отвлеки его, - приказал зайцу, обступая ящера с другой стороны.
- А ну, сюда иди! Слышь ты, змей переросток, - заорал заяц, бросаясь снегом в дракона. Кажется, я много не знаю о этих милых зверьках. К его гастрономическим пристрастиям я привык, но чтоб так оскорблять дракона! Впрочем, тот тоже не стерпел и уже, заревев, бросился на ушастого. Подобравшись ближе, я укусил его за ногу. Яд варана необычный. Жертва обречена, правда все же, если и ослабил его, этого мало. Забравшись на спину, под насмешки и издевательства длинноухого, который обещал съесть дракона, зажарив на его же огне, я начал раздирать его шкуру острыми когтями.
Дракон извивался, рычал, пытаясь сбросить меня со спины. Но чем больше вертелся, тем быстрее действовал мой яд, расцарапывая и кусая, не прерывался ни на минуту.
- Ха, перевелись драконы нынче! Эй, червяк, что вертишься, как блоха на волке? – я даже повернулся, отрываясь на мгновение от своего дела. Не пойму, либо у зайца не все дома, либо он где-то эликсир бесстрашия раздобыл и девять жизней в придачу.