– Снайпер!
Я с трудом повернул голову на голос.
Ишь ты, надо же! Профессор Кречетов собственной персоной – вернее, то, что от него осталось. Голова и кусок груди. Вот уж кому не повезло – так не повезло. Лучше сдохнуть, чем жить вот так…
– Слушай, давай забудем все, что было, – хрипло и явно волнуясь, проговорил живой бюст Кречетова. – Я убил тебя, ты убил меня, так что за прошлое мы в расчете. А сейчас давай просто поможем друг другу.
Наверху грохнуло, в двух метрах от меня рухнул на пол солидный кусок бетонного перекрытия, обдав меня серой пылью.
– Ты уверен, что сможешь нам помочь? – спросил я, с трудом делая шаг к столику на колесиках, на котором лежали пять деформированных гильз. Получилось. Я сунул гильзы в липкий карман камуфляжа и оперся руками об столик. Устал.
– Рядом, через две двери… кабинет Захарова, – задыхаясь, проговорил Кречетов – видимо, он сильно волновался и ему трудно было быстро говорить. – Нам надо туда. Они наверняка помчались… в сектор эвакуации… так что у нас может получиться.
– Что получиться? – спросил я, уже мысленно согласившись на все, просто выгадывая секунды перед тем, как совершить невозможное, – ибо когда собственное тело ощущается как кусок бесформенной ваты, прикрепленный к голове, любое движение становится настоящим подвигом.
– Просто сделай, – прохрипел Кречетов.
И я, закусив губу до боли, сделал.
Опираясь на столик, я подкатил его к установке жизнеобеспечения профессора, повинуясь его указаниям, нажал несколько кнопок и, когда стеклянная колба, в которой находился бюст, раскрылась, словно раковина, выдернул из тела профессора все иглы и трубки, по которым к нему подавалась питательная жидкость. А потом рывком выдрал живой бюст из автоклава и, не удержав равновесия, не положил, а бросил его на столик-каталку.
– Полегче, – простонал профессор через стиснутые зубы.
Ну да, наверно, ему сейчас очень больно. Я видел, как во вскрытой грудной клетке судорожно колотится сердце и трепещут легкие и как по лицу страдальца катятся крупные капли пота. Наверняка здесь не обошлось без препаратов на основе мощных артефактов, которые пока еще поддерживали жизнь в этом жутко искалеченном теле. Но надолго ли?
– Теперь быстрее, – прошептал Кречетов, на глазах теряя силы без своих игл и трубок, оставшихся в автоклаве. И добавил: – Пожалуйста.
Я даже позавидовал его желанию жить – у меня его не было вовсе. Но зато в моем кармане лежали частички тел моих друзей, которых я, наверно, мог еще оживить – и на глазах слабеющий бюст ученого, возможно, мог мне в этом помочь. Поэтому я из последних сил навалился на стол-каталку и покатил его к выходу из лаборатории.
По пути таксист мучил мобилу: звонил кому-то, кто упорно не подходил к телефону. Водила матерился вполголоса, но был настойчив.
Наконец ему ответили. Даже со своего места Томпсон слышал треск помех, сквозь который водитель отчаянно пытался проораться, из-за чего чуть разок не отправил машину в кювет.
Наконец он нажал кнопку отбоя и зло швырнул на торпеду древний кнопочный мобильный телефон, которым по легенде можно забивать гвозди или проломить кому-нибудь череп.
– Ни хрена не слыхать, – проворчал водитель. – Чем ближе к Зоне, тем хуже связь – если, конечно, телефон не прокачать артефактами. А это стоит как половина моей тачки.
– Арте… фактами? – переспросил Джек. – Это что такой?
Водитель с сожалением посмотрел на него.
– Да ты совсем дремучий, американец. Ни фига не в теме, а еще в Зону собрался. Что, жить надоело?
– Надоело, – кивнул Томпсон, ничуть не солгав.
Жизнь без жены и дочери уже давно потеряла для него смысл – так, существовал все это время по инерции, думая о том, что когда-нибудь он все-таки решится приставить ствол пистолета к виску и нажать на спуск…
До тех пор, пока несколько дней назад у него не появилась надежда.
– Ну и на кой тебе Зона, если жить надоело? – усмехнулся разговорчивый шофер. – Есть более простые и дешевые способы хлопнуть ластами.
– Мне нужный, – хмуро проговорил Томпсон.
– Ясно-понятно-слышали, – вздохнул водила. – Ну, коли так, слушай. Договорился я. Ночью тебя проведут в Зону, и стоить это будет пятьдесят штук баксов.