— Наверное, феи наложили какие-нибудь чары незаметности. Как же это в их стиле! — решил он для себя.
Аргус осторожно, будто с опаской, приложил ладонь к коре дерева, к тому месту, где должна была быть дверь. Смутное чувство вины перед домом плавало на поверхности его сознания. За то, что бросил. Аргус успел представить себя на месте дома и испытать обиду на себя. Тряхнув головой, он прогнал наваждение и мысленно поздоровался с домом. Кора в месте прикосновения немного нагрелась; на пару секунд Аргус почувствовал, как ладонь слилась с ней, и, как в прежние времена, проявилась дверь. Это простое событие вызвало настоящую радость, будто могло быть иначе. Наконец, не только до сердца, но и до его ума дошло, что здесь на него никто не сердится и не стал хуже относиться. Эрасмус все так же его любит, двери все так же открываются от прикосновения ладони, да и феи, наверное, будут носить вкусняшки, как в прежние времена.
Аргус уж хотел было сделать шаг и войти в дом, но подумал, что будет просто кощунственным упустить такую ночь. Нет, такие ночи не созданы для сна. Он закрыл дверь, повернулся к миру и полной грудью вдохнул пьянящий воздух. Улыбка растянулась от уха до уха. Прохлада нежно обнимала его за голые плечи и аккуратно трепала край майки. Он окинул взглядом простор и недалекий лес, посмотрел на свое дерево и хитро ухмыльнулся. Плюнул на ладони, растер и, не теряя ухмылки, стал вскарабкиваться на дерево, как самый обычный мальчишка! Содрал кожу с ладоней, оставил на обеих ногах с десяток царапин, но уже через пять минут чрезвычайно довольный сидел на самой верхушке чуть ли не самого высокого дерева в ближайших окрестностях и с высоты взирал на раскинувшийся лес.
Палец сильно засаднил. Аргус, не в силах отмахнуться от неприятного ощущения, посмотрел на руку и понял, что, пока влезал на дерево, оставил ссадину кольцом. Он аккуратно стянул кольцо, сжав зубы, и, положив его на ладонь, зачарованно уставился на радужную жемчужину. Редчайшая вещь. На солнце жемчужина переливалась и светилась разноцветными лучами, но сейчас была ночь, а потому холодный кругляшек просто загадочно отливал цветным перламутром. Аргус вспомнил, что когда команда увидела у него это кольцо, их челюсти так и отпали; ему долго пришлось расписывать историю о том, как променял редкую ракушку у какого-то безумного коллекционера в городе, в котором они недавно были. Команда ему слабо поверила, Аргус бы и сам не поверил. Коллекционеры, конечно, безумный народ, но не настолько же! А как на самом деле досталось ему это колечко, Аргус до сих пор вспоминает, заливаясь краской.
Шла третья неделя после того дня, как он заразился неизвестным вирусом. У него поменялась форма ушей и цвет глаз, а еще его коже постоянно требовалась влага. Он много времени проводил не на корабле, а рядом, в воде. Иногда он отплывал довольно далеко, а потом нагонял корабль. Пираты, конечно, люди пуганные. Но поначалу и они пугались и не понимали, как у него это получается, а потом дружно на это плюнули и уже не так сильно удивлялись всем новым и новым странностям товарища. Ну, подумаешь, заболел парень, с кем не бывает!
А Аргус тем временем научился дышать кислородом в воде и обзавелся подобием жабр, совсем небольших, их и не видно почти было, потому хоть на этот счет его команду не хватил новый шоковый удар. Однажды парень заметил небольшой островок и пару торчащих каменных глыб и решил передохнуть. Залез на ближайший выступ и, обхватив ноги руками, жадно глотал кислород ртом. Все же жабры работали еще не очень хорошо.
— Как... тебя... зовут? — слегка запинаясь, произнес человеческий голос со странной интонацией. В первые секунды Аргус вздрогнул, потом успел подумать, что голос явно принадлежит иностранцу, вернее, иностранке. Но откуда на рифах в открытом море взяться иностранке, да и вообще хоть кому-нибудь? Пока мозг Аргуса размышлял, его любопытное лицо уже успело повернуться к источнику голоса и самому все увидеть. Опираясь на нижний край камня, за него держалась руками девушка с тонкими чертами лица и шикарной копной волос. Русалка! — понял Аргус.
— Аргус, — представился он.
Русалка расплылась в улыбке и мечтательно сказала, глядя снизу вверх:
— Аргус красивый...
"Да уж," — подумал парень про себя. "Особенно теперь и с этими ушами! Хотя кто их, русалок, разберет! Может, им такие уши верхом совершенства кажутся."