Обратно Обскуро нёсся ещё быстрее, чем в ломбард, Аргус еле за ним поспевал. Влетев в фойе гостиницы, парни поймали удивлённый взгляд хозяйки, дежурившей у входа. Старуха не помнила, чтобы вчерашние гости выходили утром из гостиницы. К тому же она только что отомкнула дверь.
— Здрасьте, где тут у вас столовая? — поприветствовал её Обскуро.
Хозяйка молча кивнула на обшарпанную дверь в фойе.
За дверью уже были слышны вялые переговоры сонных постояльцев. Аргус аккуратно толкнул дверь, и его взгляду предстало полутёмное помещение. Барная стойка, у которой двое мужиков обсуждали какую-то недавнюю драку. Несколько столиков, за которыми ухмылялись, уставившись на них, громилы а-ля «сила есть — ума не надо». Девушка-официантка разносила пиво громилам, а охранник-вышибала, старательно маскирующийся под посетителя, казался единственным трезвым в этом зале.
— А еду тут вообще подают? — задался вопросом Аргус, не увидев на столах ничего, кроме алкоголя.
— Подают, подают, не беспокойтесь, — мило поведала ему светловолосая официантка, проходившая мимо и как бы между прочим подмигнувшая Аргусу.
Обскуро приметил единственный свободный столик и вознамерился его занять.
К парням подошла все та же официантка с блокнотом в руках.
— Что будем заказывать, мальчики?
Глаза Обскуро загорелись голодным блеском.
— Мне мяса, — коротко и емко ответил он.
— Еще какие-то пожелания?
— Побольше и побыстрее!
— А вы что? — обратилась она к Аргусу.
— А мне какой-нибудь пирог. Есть?
— Есть вишневый, яблочный и тыквенный, — задумавшись, произнесла девушка.
— Да, несите, — кивнул Аргус.
Девушка недоуменно подняла бровь.
— Так брать-то что будете?
— Все.
— Все три пирога? — расширила от удивления глаза официантка.
— Да.
— Ладно, — в растерянности произнесла она, записав заказ.
— А пить что-нибудь будете?
— Чай, — хором ответили парни.
Кивнув, официантка отлучилась.
Через десять минут под руководством официантки трое поваров тащили их заказ: жареного поросенка с яблоком во рту, три пирога и огромные кружки для пива с чаем внутри. Еле уместив все это на столе, повара ушли выполнять следующие заказы, а официантка выписала на листке счет и, оторвав от своего блокнота, всучила парням.
Обскуро оплатил его и, не глядя по сторонам, принялся за свой завтрак.
— Ну и цены тут, — пожаловался Обскуро, как только отошла официантка. — Видимо, только алкоголь тут и дешевый, — окинув взглядом зал, сделал вывод дракон.
— Угу, — с набитым яблочным пирогом ртом согласился Аргус.
Обскуро утомила необходимость пользоваться столовыми приборами, и он десять секунд смотрел на поросенка с немым вопросом на лице: «А не заглотить ли мне тебя целиком?»
Аргус, заметив опасный момент, среагировал мгновенно.
— Эй, дружище, только не при людях, — точно угадав его настроение, одернул оборотня Аргус.
— Знаешь, меня вообще утомляет эта обстановка, — окинув взглядом зал, с сожалением пробубнил Обскуро и сделал глоток чая. Он резко изменился в лице, и было видно, что он готов убить того, кто его готовил.
— Какая безвкусица. Да это не чай! Это пыль! Это пыль, заваренная кипятком! Я готов им простить недожаренного поросенка, но ЧАЙ!!! — возмущался оборотень.
Не раз видев, как Обскуро питается зверьем прямо во время полета, Аргус только фыркнул на замечание про «недожаренного поросенка».
— Все! Мои нервы на пределе! Я не могу находиться в одном помещении с этим ужасным чаем! Я готов терпеть пьяниц, разговоры, но ЭТО…!!!
Обскуро разошелся не на шутку. Аргус заметно нервничал. Только бы неугомонный оборотень не обратился и не полетел разбираться лично с местными поварами, разгромив попутно всю столовую одним взмахом крыльев.
Аргус послал товарищу волну успокаивающей энергии. Злой блеск в глазах Обскуро стал угасать, и тот уже спокойным голосом предложил:
— Может, возьмем еду и поднимемся в номер?
Против этого предложения Аргус ничего против не имел. Парни сгребли подносы и невозмутимо отправились к выходу.
— Подносы — собственность трактира, — робко возразила официантка.
Обскуро бросил ей золотой, заявив:
— В уплату долга.
Официантка оторопела от такой наглости, но ничего не возразила.
С огромным подносом в каждой руке парни поднялись по лестнице. Дверь в их номер, конечно же, никто и не думал запирать.