Мгновение. Вспышка. И юноша отрывается от земли и мягко поднимается вверх. Несколько секунд спустя он поравнялся с окном, распахнутым настежь, а голубоватый свет разогнал глубокую темноту, обитавшую в комнате. Парень с трепетом оглядел её.
Его взгляд сразу пал на пуховую кровать, стоявшую в дальнем углу комнаты. Сбросив с себя одеяло и обняв подушку, на ней посапывала девушка, облаченная в длинную ночную рубашку. Ночной гость не боялся её разбудить. Свет, исходящий от него, был таким ненавязчивым, что разбудить им кого-либо было бы просто невозможно. Заглядевшись на неё, его глаза наполнились грустью, а на лице появилась улыбка. Улыбка не безмятежная, не радостная. Улыбка, за которой кроется тяжкий груз мрачных мыслей. «Каролина, знала бы ты, как я хочу, чтобы ты вспомнила меня», — едва слышно произнёс он.
И вдруг лицо его озарилось какой-то неожиданной мыслью. «А что если…» — воскликнул он, одновременно впархивая в комнату и стремительно приближаясь к девушке. Его руки оказались над её головой, а сам парень всего на мгновение застыл.
«Аргус, пожалуйста, не сейчас!» — раздался в комнате властный голос. От неожиданности юноша отдёрнул руки от головы спящей девушки и, не удержав равновесия в воздухе, приземлился на пол.
Юноша обернулся на голос. Перед ним предстала полупрозрачная высокая человеческая фигура из огня. Спящая девушка сонно поморщилась от яркого света, но её уста озарила улыбка, как будто она услышала голос дорогого ей человека. Казалось, что ещё мгновение — и девушка проснётся. Огненный гость подошёл к ней и провёл рукой над глазами. С этого момента выражение её лица вновь стало беспристрастным, а девушка засопела, перевернувшись на другой бок.
— Эрасмус, ну почему? — с досадой процедил юноша.
— Аргус, я знаю, что тебе одиноко, и знаю, что ей тоже приходится несладко, но время ещё не пришло. Она всё вспомнит. Позже.
— И сколько ждать мне этого "позже"? Кому будет хуже, если она вспомнит всё прямо сейчас, сию же минуту?! — взорвался Аргус, негодуя.
— Твоя сестра ещё не готова к встрече с тобой, — произнёс Эрасмус, словно усмиряя раскапризничавшегося ребёнка. — Но не время грустить, то, чего ты так ждёшь, случится скоро, очень скоро…
Эрасмус похлопал его по плечу на прощание и в то же мгновение растворился в воздухе. Парень бросил полный отчаяния взгляд на спящую девушку и легко заскользил к окну, не касаясь пола. Перед окном юноша мимолётно окинул взглядом комнату и вылетел прочь.
Бал под угрозой
— Ваше сиятельство! — тук-тук-тук. — Миледи! — тук-тук. — Миссис Эмма хочет вас видеть!
— Да-да, Элизабет, передай маме, что я сейчас спущусь, — промямлила Каролина, зарываясь лицом в подушку. Стук в дверь сменился шумом удаляющихся шагов.
Кэрол откинула подушку на пол и села на кровати, задумавшись о сегодняшнем сне.
Образы из царства Морфея, как бы дразня, ускользали при первой же попытке их поймать. «Кажется, что-то очень приятное снилось. А потом, словно черная пелена, и сон прекратился», — девушка безуспешно старалась воссоздать в голове то, что видела во сне.
Ее отрезвил возобновившийся стук, еще более настойчивый. Вздрогнув, нарочито бодрым голосом она ответила:
— Да, да?
— Кэролин, я надеюсь, ты не забыла, что сегодня мы собирались посетить миссис Рене? — недовольно молвила мама.
— Нет, конечно, мамочка, уже встаю, — ответила девушка, думая про себя: «Ну конечно, конечно же, забыла! Миссис Рене. А кто это? Ах да, кажется, одна из моих многочисленных тетушек».
— Через пять минут к тебе зайдет Элизабет и поможет привести себя в порядок, — сообщила родительница.
«А мама, как всегда, хочет, чтобы все было идеально. Не приехать слишком поздно, не смутить хозяев ранним визитом, надеть красивое платье и суметь поддержать бессмысленную беседу. Как же это все мне надоело!» — размышляла девушка.
А вспомнив о том, что с минуты на минуту к ней должна зайти горничная, Каролина, как ужаленная, подскочила с кровати: «Нет! Ни в коем случае Элиза не должна увидеть это! Конечно же, из ее уст все сразу узнает отец! Ох, как он будет недоволен!»
Девушка подбежала к туалетному столику, сгребла незаконченные карандашные рисунки и запрятала под кровать, на ходу поднимая все завалившиеся набок скляночки и баночки с кремами и пудрами. Переведя дух, девушка представила лицо отца, если бы он узнал, что его дочь продолжает заниматься такими глупыми и бесполезными вещами, как рисование.