Лежа на диване — кстати, хороший диван, обивка кожаная, чехол — из очень приятной на ощупь толстой ткани — Маркус позвонил Пайпер.
— Привет. Как твои дела?
— О, замечательно, — ответила девушка, — все те издания, куда я отправила статейку о встрече с тобой, выросли в рейтинге на несколько процентов. Правда, теперь пожинаю плоды своей жадности: у меня мобильный просто разрывается, редакторы желают продолжение статьи, чтобы этот самый рейтинг удержать, а мой собственный шеф еще и дуется на меня, как серый мыш[2] на крупу, за то, что я не сделала материал эксклюзивным. А то, что полгода назад он зажал мне лишнюю неделю отпуска — не помнит, гад.
— Эксклюзив всегда стоит дороже серийных моделей, — ухмыльнулся Маркус.
— Вот и я о том же.
— Ты придешь ко мне на новоселье?
— Конечно приду! — горячо заверила Пайпер, — разве я не сказала, что от меня требуют новую статью? Ты же знаменитость.
— Ну что же, стриги купоны, пока я у всех на слуху. К слову, репортерская братия на меня уже охоту ведет. Не далее как вчера пришлось сбрасывать с шести какую-то Джинни Берк с какого-то там канала.
— Откуда сбрасывать? — не поняла девушка.
— С шести часов. Выражение из сленга летчиков, «на шести часах» — значит прямо позади, на хвосте.
— Запишу фразу… Колоритная. Где ты теперь обитаешь?
Маркус продиктовал адрес.
— Так когда тебя ждать?
— После шести… нет, семи освобожусь, постараюсь к этому времени все на работе успеть и материал сдать. И пол часика, пока доберусь.
Хитрая какая. Нарочно решила время затянуть, не иначе, чтобы задержаться допоздна. Четыреста лет прошло — но женщины не изменились ни капли.
— Лучше побыстрее приезжай, а то я скучаю.
Он вышел в сеть, нашел на интерактивной карте города ближайший ресторан и заказал к шести часам доставку романтического ужина на двоих.
Пайпер появилась в половине седьмого, успев к тому времени похимичить со своей прической так, чтобы волосы красиво рассыпались по плечам, и Маркус уловил тонкий, приятный аромат духов, которыми девушка прежде не пользовалась. Видимо, в этот раз настроена на решительную победу и давать жертве шанс отправить ее восвояси на такси не собирается. Впрочем, сегодня Маркус вполне согласен быть завоеванным.
— Неплохой дом ты выбрал, — заметила Пайпер, пока астронавт вешал ее легкий весенний плащ на вешалку.
— Я тоже так думаю. Как там на работе? Не сильно перенапряглась? Проходи, вот сюда.
— Да меня не столько сама работа напрягает, сколько один надоедливый тип. Вечно клинья подбивает, не понимая слова «нет».
Люля-кебаб и картофель «фри» в термосохраняющих судках успели к этому времени остыть ровно до той температуры, когда еда уже не горячая, но еще не остыла, а лед в ведерке с шампанским уже растаял, но вода оставалась холодной. Маркус принес из кухни две чашки.
— Ты собрался меня споить, судя по размерам посуды? — хихикнула Пайпер.
— Нет. Просто тот, кто обставлял квартиру на первое время, рюмки не предусмотрел.
Они выпили шампанского и закусили прилагающейся к нему клубникой в сметане, после чего перешли к основному меню. Картофель оказался хорош, люля-кебаб не хуже, правда, из салатов Маркусу понравились только капустный и томатно-рыбный, остальные показались какими-то суховатыми.
— Послушай, у меня к тебе один важный вопрос.
— Задавай, — ответила девушка, проглотив порцию салата, — правда, ответа не обещаю.
— Твой редактор даст тебе отпуск в обмен на эксклюзивный материал? Я собираюсь куда-то уехать на месяц-другой и прихватить тебя с собой.
Пайпер лукаво приподняла бровь:
— Должна признать, такую формулировку вопроса «поедешь ли ты со мной?» я слышу в первый раз. Ты оригинален или так было принято в двадцать первом веке?
— Я прямолинеен, — ответил Маркус, — мысль о том, что ты сама можешь не захотеть поехать, мне в голову вообще не пришла.
Девушка уперлась локти в стол и подалась вперед, ее глаза мстительно блеснули.
— А прикинь, мне тоже не приходило в голову, что ты отправишь меня домой на такси, — сказала она.
— … И потому сегодня ты решила не дать мне такой возможности?
Маркус не очень-то и понял, как именно Пайпер оказалась в его объятиях. Вспыхнувшая между ними искра переросла в пламенную страсть так же быстро, как горящий керосин из пробитых пушками корейской «Молнии» баков превращает самолет в летающий сгусток огня. Но тогда, над Кореей, Маркус в ужасе рванул рычаг катапультирования, стремясь как можно быстрее покинуть падающий и разваливающийся на части штурмовик, а сейчас был рад погрузиться в охватившее его пламя.
Он впился поцелуем в губы Пайпер, а девушка принялась торопливо расстегивать пуговицы на его рубашке и пару впопыхах оторвала. Затем они перебрались на диван, по пути потеряв ее блузку и лиф и его рубашку и футболку. Маркус, расстегивая «молнию» на юбке девушки, внезапно подумал, что со времени последней ночи, проведенной с Джейн, прошел двадцать один день его личного времени, но вот реального….
— Какой ты нетерпеливый, — хихикнула Пайпер, когда Маркус опрокинул ее на спину.
— Это оттого, что последний раз я занимался любовью четыреста лет назад!
Жизнь идет на лад. Так Маркус думал ночью, лаская гибкое тело Пайпер, так он думал утром, поедая яичницу с беконом, но только до телефонного звонка. Аккурат после завтрака на связь вышел Кавано, причем с невеселыми новостями.
— У нас три Вызова, — сообщил он, — словно назло. И все трое — не те ребята, с которыми будет легко справиться. Если мы потерпим фиаско — это можно будет считать концом сообщества. То есть, такие парни и раньше бросали Вызовы, и мы обычно проигрывали им — но на фоне успешных защит. Два-три поражения подряд — и многие уйдут. То есть, и так всем понятно, что против реально крутых оппонентов у нас шансов нету, но три поражения подряд… Вы же понимаете, как это выглядит в глазах тех, которые пришли в СС за защитой.
— Детали?
Кавано вкратце описал ситуацию, действительно на редкость дерьмовую. Трем разным членам сообщества бросили Вызов на протяжении одного утра, причем все трое — люди физически крепкие и, вероятно, неглупые. Первый Вызов получила тридцатилетняя женщина: агрессор, парень посильнее, чем те крепыши, которые работали на Кавано, претендовал на нее лично. Как назло, тяжелая артиллерия оказалась недоступной: экс-чемпион как раз лечил на курорте почки. Второй Вызов бросил бывший кикбоксер, претендуя на чужую машину, и ситуация осложнялась тем, что, согласно добытой на него информации, жил этот человек даже беднее, чем оба крепыша, в неважнецкой тесной квартирке, потому ответный Вызов технически был бы бессмысленным. Третий Вызов получила девчушка, только-только отпраздновавшая свой двадцать первый год рождения, от демобилизовавшегося солдата-пехотинца. На него Кавано пока ничего не нашел, знал лишь, что солдат этот оказался редким амбалом, на фоне которого наемные помощники сообщества смотрелись бы жалкими щенками. Шансы имел бы только экс-чемпион, но увы.
— Когда срок?
— Три дня максимум.
— Пусть все оттягивают испытание до последнего дня. А вы найдите на них всю возможную информацию! Мы придумаем, что делать. Отбой.
— Что-то случилось? — спросила Пайпер.
— Да… три Вызова подряд. Все три — более чем серьезные.
— Да уж, вот совпаденье так совпаденье. Ладно, я пока на роботу иду, ты держи меня в курсе.
— Хорошо.
Кавано позвонил в полдень: бедняга вынужден и работать, и решать проблемы общества, даже в свой обеденный перерыв отдохнуть не может.