По дороге домой астронавт, проходя через парк, достал целлофановый пакетик с картой памяти и спрятал его на берегу пруда под малозаметным камнем. Еще двоих кандидатов в очереди на воздаяние и данные по ним он запомнил наизусть, от улики против себя избавился.
Мрачно улыбаясь, новоявленный Джек Сокрушитель шел домой, чтобы приготовиться к дальнейшей борьбе.
Он продолжал курировать процесс развития общества социальной самозащиты днем, попутно изучая город, а вечерами составлял тщательные планы охоты. О судьбе своей первой жертвы Маркус не узнал: в новостях никаких подобных инцидентов не упоминалось. Повод для размышлений: действительно ли преступности так мало, или о ней просто молчат?
Кавано случай с Пайпер только подстегнул, и уже на второй день он действительно нашел крепкого парня по имени Мобуту, который в будущем вполне мог бы стать звездой спортивных единоборств, если бы не крайне обременительное семейное положение. Был он черным и в Доминион попал лишь два года как, вместе со своими родителями, собственной семьей и семьей брата, которого прямо на границе застрелили в спину свои же пограничники. Первый не лгал: за пределами цивилизованного мира и вправду стреляют в тех, кто пытается перебраться жить в Доминион.
Мобуту, обладая отличными физическими и неплохими умственными показателями, стал «тягачом», благодаря которому пропустили не только его, но и обе семьи, тоже, к слову, с хорошими показателями, и престарелых родителей, правда, пенсии и содержание назначили минимальные, можно сказать, обрекающие на питание в бесплатных столовых. Теперь Мобуту вкалывал на двух работах, преисполненный решимости поднять на ноги детей, своих и брата, и дать им образование, и еще умудрялся подрабатывать в боксерском и кикбоксерском клубах, за деньги спаррингуя с очень неслабыми бойцами и иногда наказывая их, это при том, что он приходил на спарринги уже уставшим на работе.
Маркус встретился с Мобуту лично и составил о нем собственное мнение: парень неглупый, честный и бесхитростный, чрезвычайно целеустремленный и стойкий. Если дать ему возможность работать только на одной работе, то вполне возможно, что довольно скоро он крепко потрясет нынешний спортивный олимп, занимая на нем свое место. Что и говорить, с перспективой защищать людей от Вызовов за неплохие деньги Мобуту согласился сразу.
В ОСС дела тоже стабильно шли в гору, пришли не только новые люди, но и некоторые бывшие члены вернулись, узнав, что общество, найдя сильных союзников, вышло на качественно новый уровень защиты. Маркус, анализируя прогресс, пришел к выводу, что скоро ОСС вполне сможет обойтись и без него. Главный свой вклад он сделал, когда помог обществу преодолеть трудный, но знаковый барьер на пути вперед и вверх, теперь организация, использовав его помощь в полной мере, начала набирать разгон. Вот и отлично, значит, Маркус может перенести основные усилия на другой фронт борьбы.
Второй его жертвой стал двадцатилетний парень, за без малого три года со дня своего совершеннолетия сделавший девять вызовов, то есть по три максимально возможных в год, и победивший шесть раз. Сын богатых родителей, физически крепкий, умный, но некрасивый, так он мстил девушкам, отвергнувшим его ухаживания. Деньги для него не значили ничего, выигрывал он в большинстве случаев легко и дольше, чем на две-три недели, власть над своими жертвами не сохранял. Идеальная мишень.
Маркус подстерег его в ночном клубе после четырех дней выслеживания, прошел за ним в туалет и уложил тем же методом, бутылкой из-под пива. Падая, жертва ударилась головой о край писсуара, после такого выжить проблематично. И поделом, собаке собачья смерть.
Затем астронавт ненадолго затаился, опасаясь визита полицейских, но его не последовало. Средства массовой информации по-прежнему хранили молчание. Что ж, как говорил один небезызвестный в двадцать первом веке террорист, «лучше убить слишком много, чем слишком мало». Правда, Маркуса устраивают оба варианта: даже убив и покалечив слишком мало, он все равно избавляет общество от нескольких двуногих хищников.
Как бы там ни было, торопиться пока некуда и незачем. Рано или поздно кто-то обратит внимание на расправы, совершающиеся с одним и тем же почерком, копнет в прошлое, составит общую картину и забьет тревогу: «Караул, кто-то покушается на основы нашего цивилизованного общества!». Ну а Маркусу только эта шумиха и нужна. Двуногие хищники должны бояться, потому что в рамках приличия человека держат лишь две силы: воспитание и страх. Воспитывать тех, кто вырос с осознанием своего превосходства и не брезгует этим воспользоваться в самых гнусных целях, уже поздно.
Что ж, пока можно немного притормозить, подготовиться к дальнейшей охоте, подыскать удобную и подходящую с моральной точки зрения цель.
На девятый день с того момента, как Маркус победил в Вызове, позвонил Кавано и сообщил, что нашелся еще один самоуверенный козел, покусившийся на собственность одного из членов ОСС. Из-за этого Кавано не смог выставить Мобуту на защиту жертвы, на машине не женишься, потому предпринял контратаку: по его указанию новоявленный боец ОСС вызвал младшую сестру агрессора, и когда тот отозвал свой Вызов, Мобуту от своего не отказался и победил.
— Чего⁈ — чуть ли не подпрыгнул Маркус, и это движение отозвалось болью в груди, — Кавано, это неприемлемо! Мы сами превращаемся в тех, с кем боремся!
— Ни в коем случае, — возразил тот, — я сам, как отец потенциальной жертвы, не приемлю подобного. Мобуту выиграл, но пока своим правом не воспользовался. Агрессору придется уплатить выкуп, Мобуту откажется от своего права. Вернет мне шесть тысяч, которые я одолжил ему на расходы, и сам окажется в прибыли, и тогда сможет уже бросить вторую работу. И все тип-топ.
— Не отозвать наш вызов, когда агрессор свой отозвал… Как-то оно совсем не хорошо.
— Некрасиво, согласен, но я следую вашему же учению. Агрессор не должен остаться безнаказанным. Плюс один эпизод в нашу копилку случаев наказания вызывающих. И чем больше накопим — тем больше с нами будут считаться.
Маркус согласился, а сам внезапно подумал, что ему, который бьет людей бутылкой сзади по затылку, не по чину возмущаться о некрасивых поступках. С волками жить — по-волчьи выть.
Третья охота таила в себе определенный риск. Дичь — Иштван Загреба, молодой отставной военный, который ездит на чужой машине, живет в чужом доме с чужой женой, притом уже со второй. Наводя дополнительные справки, Маркус выяснил, что первая его жена, девчонка двадцати двух лет от роду, на четвертый день замужества приняла лошадиную дозу снотворного, предпочтя небытие невольному браку. Загребу ее трагическая судьба ничему не научила, не образумила. Ублюдок так и не понял, что в случившемся только его вина, и уже неделю спустя отнял жену у своего соседа.
Днем Загреба работал в тренажерном зале, к слову, на фото он выглядел так, словно вообще живет там. Вечерами регулярно, пять дней в неделю, бегает в парке, не иначе, готовится к дальнейшим Вызовам против супружеских пар. В любом случае, тут уж надо быть наготове и все сделать четко, потому что Маркус еще в корсаже, резкие движения отдают в груди не такой сильной, как раньше, но ощутимой болью, а противник в отличной форме и сведущ в рукопашной драке. Права на ошибку нет.
Ситуация усугублялась обстоятельствами предстоящей охоты. Самый удобный способ разобраться с Загребой — подловить его вечером в парке, но это значит, что придется бить сзади бегущего человека, то есть — бить вдогонку. Удар вдогонку может оказаться слабым, да и промахнуться — легче легкого. Потому Маркус решил, что будет идти навстречу, рассчитав так, чтобы на очередном кругу Загреба встретился с ним сразу после мостика, где дорожка поворачивает, и с двух сторон — густой высокий кустарник. А затем при встрече Маркус разыграет спектакль «два очень вежливых человека пытаются уступить друг другу дорогу», и Загребе просто придется остановиться. Правда, встреча лицом к лицу может быть чревата последствиями, если жертва выживет, но на этот случай Маркус оденет темные очки, бейсболку надвинет так, чтобы козырек частично скрывал лицо, и будет держать у уха свой ПЦП, опять же мешая разглядеть себя в деталях. Еще одна проблема — отпечатки пальцев. Держать предварительно вытертую бутылку в носовом платке не выйдет, подозрительно. На помощь пришел хозяйственный клей для бумаги, которым Маркус покрыл подушечки пальцев правой руки.