Отмывая от грязи лицо и руки, я краем глаза следил за девушкой. Ее автомат пустой, а свое оружие я положил там, где сидел, по другую сторону от костра, при этом отомкнув магазин от АК и разрядив карабин. Надумает дернуться к оружию, значит, у меня будет пара секунд, чтобы метнуть один нож и броситься вперед, сжимая в руке второй. Может, кто-то на гражданке усмехнется, услышав про такие предосторожности – мол, матерый сталкерюга девчонки опасается. Но это у себя дома на диване сидючи хорошо хихикать в кулачок, которым ни разу никого не бил по морде. А тут, в Зоне, на каждый квадратный километр наберется огромный мешок костей, оставшихся от доверчивых простаков, верящих в разумное-доброе-вечное.
Но нет, мои опасения не оправдались. Касси вытащила консервы из костра, вынула из моего рюкзака хлеб и нарезала его одним из своих кукри, потом еще что-то достала, в продолговатой банке, принялась открывать.
Тут и я подошел, невольно сглатывая слюну. Проголодался как волк. А Касси еще умудрилась как-то красиво расставить закопченные банки и армейские фляги, хлеб разложить, порезать консервированный пирог на ровные ломтики – а я и не знал, что у меня в рюкзаке есть такая роскошь, видимо, сунул машинально. Да это, блин, реально искусство – сервировать обед из консервов на серой траве Зоны. Тем не менее, у Касси получилось. Плюсы копились, и, признаться, это меня слегка раздражало, как раздражают любые отвлекающие факторы на пути к цели.
Ели молча. А потом, когда банки опустели, она начала говорить. Ровно, безэмоционально, словно отчет зачитывала:
– Я обещала рассказать о том, кто тебя ищет. Что ж, слушай. Всё началось с того, что бродили по Зоне два друга-сталкера в поисках счастья. А потом случилось так, что один из них попал в «веселый призрак». Страшное дело. И небыстрое. «Призрак» долго размазывает человека внутри себя, порой по несколько часов длится процесс. Один попал в аномалию, а второй не смог смотреть, как его кореша медленно убивает порождение Зоны. Ушел он. Стал одиночкой. Обычное дело в этих местах.
Бродил он, бродил, пока не нашел мертвого сталкера, лежащего на небольшом поле «электродов». Забили парня молнии, когда он пытался достать что-то, лежащее меж аномалиями. Там, кстати, много обожженных скелетов валялось. Может, углядел что бедолага среди мертвых костей, да так и остался там же навеки.
А нашему герою стало любопытно, за чем же эти отчаянные головы лезли, рискуя жизнью. Походил он вокруг поля, а потом привязал один из своих ножей к тонкой веревке и метнул, так, что клинок вонзился в свежий труп – и застрял в нем. Этот сталкер, надо отметить, был большим мастером ножевого боя, и ему не составило большого труда таким макаром вытащить мертвеца с поля «электродов».
Кстати, надо сказать, что тот мертвец своего добился, просто выйти не смог из смертельной ловушки. На его пальце было надето кольцо из белого золота с крупным черным бриллиантом. Причем казалось, что этот бриллиант не мертвый камень, а кусочек материи из иного мира, наподобие «черных брызг», но с гораздо большей притягательной силой. Если долго смотреть на него, казалось, что камень становится больше, затягивает в себя, словно в космическую черную дыру.
Тогда сталкер еле глаза отвел от своего трофея. И так и не расстался с ним, хоть и собирался продать в ближайшем баре. Дело в том, что через полчаса на того сталкера напали бандиты, буквально поливая его огнем из своих автоматов. Но ни одна пуля не задела нового хозяина кольца. Всех нападающих он благополучно зарезал своими ножами, удивляясь при этом, почему он до сих пор живой. А потом до него дошло.
– Кольцо отклоняло пули? – хмыкнул я.
Рассказ Касси все больше напоминал не реальную историю, а очередную сталкерскую легенду, которых уйму травят возле ночных костров уставшие бродяги Зоны.
– Кольцо отклоняло пули, – совершенно серьезно кивнула Касси. – Вернее, не только пули, а любые предметы, летящие во владельца кольца с большой скоростью.
– И насколько далеко отклоняло? – поинтересовался я. – Прям отбрасывало в сторону, или все-таки по касательной его реально зацепить?
Касси пожала плечами.
– Может, и зацепило его при том расстреле, но если и да, то именно по касательной и незначительно. Как видишь, он жив до сих пор. А его враги мертвы.