Насте тоже досталось. Ее плечо было разорвано ударом костяного когтя, но кио боли не чувствовала. Не до этого ей сейчас. М-да… Женщина в ярости – это даже пострашнее иного мужчины будет. Тем более если эта женщина – киборг.
Тем не менее было ясно: тандем Настя плюс Фыф явно берет верх в битве над общим противником. Данила же бился со своим сиамом на равных – только треск стоял от ударов меча по когтям мутанта. И если меч раненого дружинника напоминал вращающиеся лопасти вертолета, то меча Данилы вообще видно не было – с такой бешеной скоростью действовал он своим оружием. Но у мутанта было все-таки четыре костяных меча, а у Данилы – один. И хотя дружинник не только отбивал атаки противника, но и сам умудрялся атаковать, было понятно, что поединок может затянуться. А это в мои планы не входило – вот-вот на шум боя могли подоспеть другие твари, да и раненому дружиннику требовалась экстренная помощь.
В общем, думаю, трубадуры Средневековья осудили бы меня решительно. Вскинул я СВД, нажал на спуск – и равный поединок рыцаря с чудовищем превратился в добивание безмозглого мутанта. Безмозглого потому, что мозги я сиаму вышиб начисто, снеся полчерепа пресловутой пулей «дум-дум».
Данила махнул мечом, чисто на автомате разрубая надвое враз обмякшее тело твари, глянул на меня шалым взглядом – и ринулся на помощь Насте.
Впрочем, кио помощь не требовалась. Она уже почти закончила разделку туши мутанта заживо, хоть руководство по работе стилетами пиши с этой картины. Сквозь страшные разрывы в плоти сиама проглядывали кости. Я б на месте мутанта попытался свалить от бешеной девки, ей-богу. Но он лишь продолжал вяло отмахиваться единственным оставшимся когтем. Который ему и откромсал одним ударом подоспевший Данила. Кио довершила действо, подпрыгнув и вонзив оба стилета в глаза сиама. Тот взвыл, пошатнулся, тяжело рухнул на спину и забился в агонии. Однако Данила на этом не успокоился – подскочил и снес мутанту изувеченную голову. Это, кстати, правильно, с учетом того, как эти твари умеют регенерировать.
Всё… пока что. Несмотря на победу, я ни на минуту не забывал о карте Отшельника и о том, сколько жирных черепов приходилось на место, где мы сейчас находились. Теперь понятно, что имел в виду знакомец Шерстяного. В непосредственной близости к цели нашего путешествия здания становились все новее, а мутанты – все страшнее и опаснее. Сколько там осталось до цели? Судя по карте, чуть больше километра. Пройдем ли? Хотелось бы на это надеяться…
Но все это потом. Сейчас главное – помочь раненому.
Я бросился к парню, который так вовремя отвлек сиама своим ударом. Но, лишь взглянув на широкую рану, которую он зажимал руками, стараясь не дать вывалиться наружу разорванным кишкам, понял – всё очень и очень плохо. И ни регенерон, ни даже свежая кровь черной крысособаки здесь уже не поможет.
– Как он? – выдохнул подбежавший Данила.
Я покачал головой.
Раненый перехватил мой взгляд, скрипнул зубами – и улыбнулся.
– А лихо мы его, а?.. – прошептал он. И поморщился. – Больно-то как, ёшкина кошка…
Настя подошла и, встав на одно колено, склонилась над раненым. Сейчас она была особенно красива – разгоряченная битвой, глаза сверкают… И наплевать, что вся она с головы до ног в зеленоватой крови, что слипшиеся волосы змеями расползлись по спине, что плечо распахано до кости, а между краями раны уже натянулись неестественно белесые нити – похоже, такие же по функционалу, как у только что убитых мутантов. Но кто ж на такое обращает внимание, когда видит перед собой настоящую валькирию из древней легенды?
– Это ты… – прошептал парень слабеющим голосом. – А ты мне сразу глянулась… Никого в жизни красивее не видел…
– Хочешь помогу… уйти? – неожиданно дрогнувшим голосом спросила Настя.
Я стоял рядом – и не верил своим глазам. Из холодных как сталь глаз кио текли самые настоящие человеческие слезы…
– Нет… Позови того… с кем мы мута свалили…
Дружинник уже не видел меня. Я почувствовал, как рядом с нами появилась еще одна безмолвная гостья, невидимая для других. Просто вдруг стало чуть холоднее вокруг, и едва заметная тень упала на лицо умирающего.
– Погоди… – попросил я одними губами. – Еще минутку… Пожалуйста…