Чернов не слышал, а каким-то чутьем ощутил присутствие третьей силы. С тихим ворчанием к передовой приближались наши вертушки-аллигаторы. Залп их НУРСов вспорол неуспевшие остыть за день барханы. Куски обугленного и разорванного в клочья мяса тел нападавших обрушились на головы спецов. Но бой уже был в окопах. Сержант Белов бросил АГС и со своим штык-ножом пошел в рукопашную. "Дух" прямо с бруствера окопа стреляет в Чернова. Три пули пронзительно больно втыкаются в тело. Сержант кривится от боли, улыбается при виде ещё трех боевиков, и медленно разжимает ладонь с гранатой. Ф-1 сухо щёлкает детонатором. Последний взгляд спеца полон удовлетворения - он "заберёт с собой их всех". Что делать? Такова судьба. Откуда-то сверху слышен голос: "Жаль…, молодой еще…., ему бы жить, да жить…
Дикая боль во всем теле сменяется блаженством. Ощущение нереальной свободы пьянит. Где-то внизу тонет привычный бренный мир. Растёт понимание, что это уже в прошлом. Таком далеком и уже невозвратном. Время - тягучее сгущенное молоко. Это микс событий прошлого, ещё происходящего и будущего. Одновременно с динозаврами на поле боя воюют танки, утюжат передний край врага самолеты-штурмовики. И только где-то вдалеке мерцает их бой с "духами". Его истерзанное взрывом тело распластано на бруствере окопа. Дроны из будущего делают детализацию. От неё воротит. Чувства ещё не остыли. Но это вопрос времени. Микросекунды вечности быстро тают. Всё пофиг. Теперь он сторонний наблюдатель, а тело несовместимо с понятием жизни. Волна воспоминаний круче реальности. Смерть любимой девушки Лены происходит прямо на его глазах. Премиум BMW, виляя "хвостом", на бешеной скорости врезается в автобусную остановку. Трех человек, включая Лену, как мусор, бросает на стену стоящего рядом здания. В салоне автомобиля вздуваются подушки безопасности. Водитель, парень двадцать плюс, сплюнув сквозь зубы жвачку, покачиваясь от выпитого спиртного, выходит из-за руля и смотрит на повреждения своего автомобиля:
- Невезуха! Всю бочину помял!
К остановке подходит женщина-пенсионерка:
- Что ж ты наделал?! Там люди раненые лежат!
Юнец кинул на неё злобный взгляд: "Ты знаешь, что эта тачка стоит три "лимона"? А этим недолюдям-нищебродам бог поможет. Ты, старая дура, не знаешь, кто мой папа".
Время для Чернова спресовалось в точку. Он видит судьбу того преступника. Баловень судьбы, сын влиятельного олигарха не знал слова "нет". Купленный суд на его стороне. Пора вершить правосудие божье своей волей. Под напористым взглядом Чернова лопаются все шланги тормозной системы его автомобиля. "Бэха" на скорости под вторую сотню километров в час на полном ходу врезается накануне гибели Лены в бетонный отбойник. Правосудие свершилось. ЧП на остановке не состоялось. Лена жива. Вероятно, это другой, параллельный вариант событий, другой мир. Но в нём нет его - Макса Чернова. Как сложен и прост этот мир. Вот он, рядом, стоит лишь протянуть руку и обнять любимую. Чёртов квантовый мир с его принципом неопределённости! В чем секрет? В силе воли? Ведь смог я наказать преступника. Физика в действии. Если наблюдаешь за квантом, то можно изменить его местоположение, алгоритм движения, и конечный результат. Так что делать? Макс мечется по альтернативным мирам в поисках правды. Почти везде, кроме его мира, все живы и здоровы, включая его и Лену. Но он сам, как привязанный к этому миру, не обладает энергией, чтобы покинуть его. Свобода только кажется ему. Почему? Вывод оказался сенсацией - после взрыва гранаты он ещё жив! Ещё дышит, а медики борются за его жизнь.
- Всё! Последний осколок я достал рядом с его сонной артерией…, - хирург устало бросил кусок металла и скальпель в кювету.
- Будет жить? - робко спросила медсестра.
- Не знаю, пятьдесят на пятьдесят. Но парень крепкий. Будем надеяться.
Макс сам на себя смотрел откуда-то сверху: "Зачем мне жизнь в этом мире, если в нём нет Лены?". Он кинулся стремительно рвать свою, доселе невидимую ему серебряную нить. Ту, которая соединяла его душу с его же телом. Звук лопнувшей струны, казалось, услышали все вокруг. Медики, замерев, смотрели на его тело. Оно дрогнуло, а линия пульса исчезла. Ровная, как горизонт, линия чертила зеленый дисплей.
- Жаль, - сказал хирург. Я сделал всё, что мог. Особенно жаль его невесту. Главврач мне все мозги промыл. Его невеста Лена звонит ему каждый час. Её папа полковник Нестеров. Из Генштаба. Что этот парень при таком авторитете здесь забыл?