Наверно, где-то в глубине сознания мне хотелось, чтобы она была другой. Не такой доступной, как прочие. И только моей. Но желание обладать ею было таким сильным, что у слабого голоска разума не оставалось никаких шансов. И тогда он поступил по-хитрому. Взял да и подсунул мне сон, в котором все было так, как я хотел наяву. Хочешь? На, получи и распишись. Доволен?
Но было и кое-что еще.
Другие девчонки – это полбеды. Мне не хотелось, чтобы Женя была похожа на мою мать. Я понял это в тот самый момент, когда смотрел, как нежно гладят ее лучи солнца. Мама… она родила меня вне брака. А может, и не только меня. Ну и что? Я всегда знал, что родители поженились через два с лишним года после моего рождения, и меня это нисколько не смущало. И то, что мама, возможно, была беременна до этого еще от кого-то, тоже ничего не изменило. Мало ли что в жизни бывает. И все же… моя жена должна была быть другой – это я знал точно. Конечно, может, я был и неправ – ведь сам-то, как говорила крестная, разве что только со снежной бабой не спал, но…
Пожалуй, я впервые подумал о Жене как о своей возможной жене. Мартин, ты серьезно? Ты женился бы на ней? А почему нет? Вот только… Захочет ли она поехать со мной в Прагу? Вряд ли. А я – смогу ли я остаться здесь? Тоже вряд ли. Если мама поправится – нет, когда мама поправится, она точно не захочет жить в Петербурге. А я не смогу оставить ее одну.
Нет, я не хочу думать об этом сейчас. Ночью я сказал правду – не хочу и не могу.
Я вышел на крыльцо. Женя сидела на ступеньке и напевала себе под нос ту же заунывную песню, что и на берегу озера. Я наклонился и поцеловал ее в шею. Женя вздрогнула и посмотрела на меня снизу вверх.
- Давай не будем торопиться, хорошо? – попросил я.
Она молча кивнула. Я сел рядом, и Женя уткнулась носом в мое плечо. Кровь на автомате бросилась в размножательную систему, но я скомандовал себе: стоп. И странное дело, организм послушался. Мы сидели и спокойно разговаривали на отвлеченные темы, пока не встали все остальные.
После завтрака батя позвонил своей сестре. Поговорив с ней, он написал на бумажке номер телефона и протянул мне:
- Тебе повезло, Даша действительно знала твоего отца и хорошо помнит, хотя и училась на курс младше. Можешь позвонить ей и договориться о встрече.
Это была удача. Причем совершенно неожиданная. К тому же в запасе оставались несколько найденных Закорчевских, которым я так и не позвонил. Плюс я собирался поискать бывших маминых однокурсников. И даже одноклассников.
Потом мы все вместе сходили искупаться на большую речку – и я был очень рад тому, что не пошли на маленькую. Вода была довольно холодная, течение не давало расслабиться ни на секунду, поэтому я мог смотреть на Женю в купальнике – разумеется, черном – без опасения шокировать своим видом окружающих. Мы впятером откровенно валяли дурака, и только Лена уныло сидела под деревом, поглядывая на нас с завистью.
- Пора ехать, - сказал Виктор, когда мы вернулись.
- Уже? – протянула разочарованно Женя.
- Мы обещали тебя вернуть к обеду.
- Пожалуй, я останусь здесь на пару деньков, - Саша вопросительно посмотрел на батю. – Если не возражаете, конечно.
- Разумеется, возражаем, - фыркнула Лена. – Что за глупости?
- Я вас тоже очень люблю.
Женю мы довезли до самого поселка. Хотя после ночной грозы грязная яма превратилась в огромную лужу, Виктор все же объехал ее осторожно по самому краю.
- Я приеду в город к концу недели и сразу позвоню, - пообещала Женя, быстро поцеловав меня на прощанье.
Мне захотелось схватить ее в охапку и больше не выпускать, но я постарался взять себя в руки.
- Будь поосторожнее. Под ноги смотри. Сама говорила, здесь много змей. И еще…
- Да хватит вам уже, - заворчал Виктор. – Как будто на год прощаетесь. Поехали, а то попадем на въезде в час пик, настоимся в пробках.
Всю обратную дорогу я снова делал вид, что дремлю. Разговаривать не хотелось. Виктор слушал музыку и тихо мурлыкал себе что-то под нос. А я запретил себе думать о Жене. Подумаю о наших дальнейших отношениях потом.
Но мысли об этом лезли в голову сами, и тогда я попытался вспомнить еще что-нибудь, связанное с тем детским эпизодом, который всплыл этой ночью. Однако как я ни старался, ничего не получалось. Я мог сказать с уверенностью только одно: это действительно было до нашего приезда в Прагу. Я жил где-то за городом с какой-то женщиной, которую панически боялся.