— Ты замечаешь? — Джейсон тихо фыркнул и покачал головой. — А я думал, мне кажется.
— Я всё пытаюсь понять, какие ты им байки травишь, что они смотрят на меня влюблёнными глазами. — Тим рассмеялся. — Но потом они начинают общаться со мной чаще, и этот эффект исчезает. И у него пройдёт.
— Да нет, в случае с Коном это работает наоборот, — оборвал его Джейсон. Он порылся в кармане куртки, достал питательный батончик и вскрыл обёртку зубами. — Серьёзно, не знаю, что ты делаешь, когда меня нет, но я каждый раз возвращаюсь, а он как кошка вокруг твоей двери ходит.
— Ты преувеличиваешь. — Тим закатил глаза. — Может, ему просто кажется, что он мне обязан. Как ты, или Лесли, или…
— Да ну? А почему тебе так хочется меня отговорить от убеждения, что он просто запал? — Джейсон вздохнул. — Ты ему жизнь не спасал. Ему не за что быть тебе обязанным. Ты просто помог ему справиться с проблемой, которой на самом деле не было.
— И что бы этот разговор мог значить? — Тим потёр переносицу. — Джейсон, мне больше тысячи лет, я не могу…
— Ну да, конечно. Мы это проходили. — Джейсон замолк, дожёвывая батончик, скомкал обёртку и бросил её в корзину у двери. — Мы все думаем, что ты такой смелый, взвалил на себя все проблемы мира, и это действительно так. — Он поднялся, подошёл к Тиму и наклонился. — Но ещё ты очень боишься. Привязываться к людям, потому что видеть, что делает с ними время, слишком страшно, и ещё страшнее их терять. И сейчас ты боишься, хотя знаешь, что Кон такой же, как ты. Придумал, что это просто очарование первых месяцев в Лиге теней, и что у него это пройдёт, и боишься дать волю себе. — Он тряхнул Тима за плечи, вздохнул и обхватил руками, сжимая в объятиях. — И само то, что ты боишься, что он разобьёт тебе сердце, уже о чём-то говорит.
Он прижимал к себе Тима так крепко, что тот едва мог пошевелиться. Тим понимал, что Джейсон прекрасно знает, как раздражает его любая попытка лезть ему в голову. Особенно если сказанное слишком сильно похоже на правду.
— Ненавижу тебя, — буркнул Тим. — За то, что ты такую чушь несёшь иногда. — Он неуверенно обнял Джейсона в ответ. — Что, по-твоему, я могу тебе ответить?
Джейсон отстранился, всё ещё держа его за плечи, и пытливо посмотрел ему в глаза. А потом рассмеялся и выдавил сквозь хохот:
— Мне не отвечай, Тим. Отвечай ему.
— Мне несколько тысяч лет, это просто смешно.
— Нет. — Джейсон отпустил его, выпрямился и скрестил руки на груди. — Помнишь, когда я только попал к вам и задавал много вопросов? Однажды я спросил у Лесли, сколько тебе лет. Потому что мне казалось, что ты младше меня, но у тебя всегда было такое выражение лица, такой взгляд, будто ты пересёк океаны времени, или вроде того. — Он снова сделал глубокий вдох, прикрыл глаза и размял шею, словно сосредотачиваясь на воспоминаниях. — Лесли тогда сказала мне, что тебе уже очень, очень давно шестнадцать.
— Ты пытаешься сказать, что я ещё слишком мал, чтобы быть лидером Лиги теней?
— Ну нет, не переводи тему. — Джейсон помотал головой. — Я пытаюсь сказать, что иногда ты можешь делать себе поблажки и разрешить себе, например, влюбляться. Или ещё что. Потому что тебе шестнадцать, Тим.
— И что я буду делать, если прав окажусь я, а не ты? — Тим обхватил себя руками. Он и правда вдруг почувствовал себя совсем юным, хотя за спиной у него было много лет.
— Нельзя всю жизнь делать только то, что точно увенчается успехом. Ты уже успел даже заразиться мутировавшей лихорадкой Эбола. Не думаю, что один отказ тебя убьёт. — Джейсон пожал плечами, скрипнув курткой. — Не попробуешь, не узнаешь. Вот и всё.
Тим задумчиво прикусил щёку и покачал головой.
— Ну? — переспросил его Джейсон. — Просто дай парню шанс. Он и так, наверное, страдает от того, что втюрился в древнюю развалину, да ещё и мальчишку. — Он увернулся от брошенного в него дырокола и подмигнул Тиму: — Серьёзно.
— Я подумаю. — Тим потёр висок, поднялся и пошёл подбирать дырокол.
— Подумай. Это уже неплохое начало.
Девяносто восьмой год был… неловким. Тим присматривался к Кону, будто подозревая его в обмане или притворстве. Он ждал, когда клон перестанет смотреть на него, лукаво сощурившись и улыбаясь уголками губ, но тот, казалось, только больше поддавался собственной буре эмоций.
Тим никогда в жизни — даже когда был настоящим шестнадцатилетним мальчиком — не сталкивался со смущением, вызванным случайной встречей у дверей. Он был принцем, у него была невеста и были наложницы, но сейчас всё было совсем по-другому. По-новому. Как будто он окунулся с головой в озеро, воду которого до этого пробовал только кончиком большого пальца, и задохнулся от нахлынувшего восторга.
Тим хотел двигаться Кону на встречу не торопясь, но вместо этого свалился с причала и теперь пытался выбраться на поверхность, чтобы глотнуть немного воздуха.
Это чувство было похоже на Яму Лазаря, на прикосновение Баст, на благословение Тота. Оно точно так же возвращало его к жизни.
Но он не знал, как с ним жить.
В середине девяносто девятого чувство стало невыносимым. Тим понял, что нужно поменять что-то, что-то сделать, чтобы дыхание не сбивалось, когда Кон его невзначай касается. Это мешало работе, но и избавиться от этого он не мог. И как сделать первый шаг он тоже не знал.
В августе Джейсону исполнилось двадцать семь, и Тим с удивлением понял, что прошло одиннадцать лет с той судьбоносной ночи в Эфиопии. В отпускную Джейсон, как всегда, уехал в город и пошёл в ближайший кинотеатр, а потом вернулся ещё до наступления темноты, напевая «Только тут станешь ты мужиком». Он делал так почти каждый год с тех пор, как принёс Тиму плакат с «Королём львом», и превратил это в новую традицию.
Через несколько дней Тим попытался отправить в отпускную Кона. Он всё ещё выглядел на полные шестнадцать, хотя исполнилось ему всего четыре. День полной свободы от дел Лиги теней полагался ему по праву, и он был волен отправиться куда угодно.
Кон остался. Он только покачал головой, когда Тим вызвал его к себе и сообщил о возможности пропустить тренировки ради дня в городе, и, ухмыльнувшись, сказал:
— Я бы предпочёл остаться здесь. — Он снова посмотрел на Тима с вызовом, и у Тима едва не подкосились ноги.
— Раз так, думаю, Джейсон будет доволен твоим рвением, — ответил он, равнодушно пожав плечами. Кон с сожалением цокнул языком и закатил глаза, отворачиваясь, и Тим только тогда понял, что именно он подразумевал, сказав «здесь».
— Ох, Астарты ради, Кон, — выдохнул он, схватив Кона за воротник, заставляя развернуться снова и притягивая к себе. — Ты же знаешь, кто такая Астарта, да? — Он шагнул назад, упираясь спиной в стену и посмотрел Кону в глаза.
— Ты такое трепло, — шепнул в ответ клон, прежде чем поцеловать его, неуверенно и торопливо. Он боялся, что Тим передумает, или совсем не то имеет в виду, и это было слишком ожидаемо и очевидно. Он прятался за маской самоуверенности, но на самом деле боялся быть отвергнутым точно так же, как сам Тим.
Только поняв, что Тим его не отталкивает, он поцеловал его снова, теперь увереннее и осторожнее. И в этом поцелуе, как казалось Тиму, слилось воедино прошлое и будущее, настоящее и возможное. Он даже забыл на мгновение, что он — лидер Лиги теней, что ему страшно, что ему одиноко. Земля уходила из-под ног, и мир кружился вокруг них одних.