Стефани нашла упоминания и об удивительной находке Дрейков. Эту статью девушке пришлось перепечатать вручную, хотя она приложила отсканированное изображение и оцифровала отдельно каждую фотографию. Счастливая чета Дрейков с мумией в саркофаге, отдельно лицо мёртвого принца, и отдельно сами Джек и Джанет. Она даже раздобыла оригинальные фотографии из архивов музея, в котором работали археологи.
Ещё одна статья рассказывала о таинственном исчезновении мумии. Что однажды та просто исчезла из подвала, и никто её так и не нашёл. Тогда такие истории казались правдивыми и жуткими. Сейчас это лишь укрепило подозрения Браун.
Знала ли Стефани, что соседний дом был выкуплен Лигой теней и оформлен на подставное лицо? Вероятно. Скорее всего, она уже догадалась.
Читая всё это, Тим не мог сдержать полного досады стона. Стефани могла выдать его — она собиралась выдать его. И при этом она наверняка была уверена, что делает доброе дело.
Она готова была всему миру рассказать, что Лигой теней руководит шестнадцатилетний Тимоти Джексон Дрейк.
— Мы сможем её переубедить, Ра’с. — Кон сочувственно сжал его плечо, когда ему, не вдаваясь в подробности, рассказали о возможном разоблачении аль Гула. Тим слабо коснулся его пальцев. Сил говорить не было. Ему нужно было только сообщить готэмским теням, чтобы за особняком Дрейков установили постоянную слежку. А ещё убедиться, что, несмотря на обман, Зед не покинет Лигу теней.
Джейсон вошёл без стука.
— Я вас без присмотра на неделю оставил, — выдохнул он, не здороваясь. — И ты, курточный воришка, его уже почти угробил? — Джейсон развернул Тима лицом к себе и судорожно вздохнул. — У тебя уже не только глаза выцвели. Ты бледный, как поганка, и волосы у тебя седеют. — Он покачал головой. — Ужасно выглядишь.
Тим повёл плечами, скидывая его руки, и повернулся обратно к монитору.
— Ты просто не видел, как я выглядел в детстве. — Он развернул на весь экран фотографию мумии и отодвинулся. — Стефани Браун всё знает.
Джейсон подался вперёд, рассматривая фотографию, потом шумно втянул воздух через нос и сначала тихо засмеялся. Кон удивлённо скривился и выгнул бровь:
— Что смешного?
Тим закатил глаза и потёр переносицу.
— Да уж, — отсмеявшись, сказал Джейсон. — Я бы поблагодарил её за такой раритет, у меня как раз в фотоальбоме нет твоих детских фото. — Он замолк, задумчиво нахмурившись. — Как ты думаешь её остановить?
— Скажу ей правду. — Тим ухватился за Кона, и клон помог ему встать. — Но сначала окунусь в Яму Лазаря.
— Давно пора. — Джейсон одобрительно кивнул. — Приготовить транквилизатор?
— Как всегда. — Тим устало заковылял к дверям. — Лошадиную дозу.
Кон придержал его за локоть и не дал далеко уйти.
— Что такое Ямы Лазаря? — тихо спросил он.
— Это место, в котором ты будешь купать его, когда он будет при смерти. После того, как я умру. — Джейсон вдруг стал очень серьёзным. Тим впервые заметил морщинки в уголках его глаз и отметил, что они появились слишком рано.
— Но что это такое?
— Сложно сказать. — Тим слабо погладил Кона по плечу. — Но если ты увидишь, в каком состоянии я оттуда вылезаю, ты, может, и перестанешь ходить за мной как кошка. — Он улыбнулся.
— Я не хожу за тобой как кошка, — возразил Кон. — Это они помогли тебе вылечиться тогда, после смерти Супермена?
— Горжусь тобой, салага, — ответил вместо Тима Джейсон. Он хлопнул Кона по плечу и кивнул на дверь. — Молодец, что сам догадался. А теперь веди его в подвал. Дождёшься там меня, и потом мы посвятим тебя в один маленький ритуал. — Он поклонился Тиму и вышел из комнаты первым. Кон, всё ещё придерживая Тима под руку, вышел следом.
Когда они спустились в подвал и Джейсон рассказывал Кону, что тот должен делать, Тим перебил его. Он поднял руку, когда его Лазарь попытался подготовить Кона к тому, что тот увидит, и тихо попросил:
— Просто уйди сразу же, как я упаду в воду. Джейсон поседел, когда увидел меня после.
— Я полу-криптонец, я не седею.
— Супермен поседел, значит, ты и подавно можешь. Не хочу отпугнуть тебя сейчас, когда тебе есть, к кому возвращаться. — Он прикусил губу, размышляя, как эгоистично звучат его слова, и не стал продолжать.
Он просто поплёлся дальше. В пещеру. К зелёным озёрам, раз за разом дарившим ему новую жизнь.
========== Оправданный ==========
Наглотавшись зелёной воды, Тим выбрался на каменистый берег, откашливаясь и отплёвываясь. Упираясь локтями в пол и напрягшись, он ждал приступа боли и неконтролируемого гнева. Смаргивая густые капли озёрной воды, он тяжело дышал, и дыхание его, казалось, должно было сжечь целый мир, ведь огонь всегда был лучшим лекарем.
С каждым вдохом ему становилось всё больнее. Утомлённые мышцы наполнялись силой, заживали недавние шрамы и раны. Набирать в лёгкие воздух было всё сложнее, и в своей агонии он вдруг вспомнил всех, кого убил Лютор и кого он, лидер Лиги теней, не смог спасти.
Он не знал, может ли им верить, этим призракам, подёрнутым изумрудно-зелёной дымкой, но они окружили его, молча глядя на него. Их глаза были полны ненависти и разочарования, и, даже не произнося ни слова, не прикасаясь к нему, они будто втаптывали его в землю, уничтожали, напоминали, что он всё ещё не достаточно хорош.
Тим сжался, закрывая голову, и завыл, не сдерживаясь. Собственный голос казался далёким, неслышным, и от этого Тиму становилось только страшнее.
Он всё ещё не мог совладать со злом. Ему стоило уничтожить Лютора намного раньше. Убить его несколько лет назад. Тогда он не подвёл бы тысячи невинных.
Тим застыл. Бросился на землю и подполз к стене, чтобы помочь себе встать. Злость делала его целеустремлённее. Злость делала его решительнее.
Сейчас он должен был найти Лютора. Найти его и уничтожить, чтобы ни один ни в чём не повинный человек больше не пострадал от его рук. Мир уже знал, что белоснежные перчатки и белоснежный костюм перепачканы кровью, но сам Лютор всё ещё был на свободе.
Кто-то коснулся его плеча, и Тим, зарычав, перевернулся. Он ещё не успел встать, но успел ухватить смельчака за шиворот. Мир вокруг темнел, но Тим успел узнать грубую ткань солдатской куртки. Кто-то из его людей оказался достаточно глупым, чтобы спуститься сюда, и он должен был быть наказан.
Тим кинулся к человеку, рассчитывая вцепиться зубами в горло, но вместо этого угодил в крепкие объятия. Его обхватили сильные руки, как тиски, и как бы он ни пытался, он не мог вырваться. Сколько бы он ни кусался, сколько бы не терзал ткань, прорывая её насквозь, сколько бы не царапал чужую спину, объятия не разжимались. Тим злился только больше. У него отнимали время! Время, которое он мог потратить на поиски Лютора. На его убийство. На предание его имени забвению.
Вместо этого он всё ещё оставался в своей крепости, не в силах вырваться из чьей-то хватки.
Он был слишком слаб даже сейчас. Лидер Лиги теней был немощен даже после купания в Яме Лазаря.