За стеной раздался взрыв, стеклянные приборы, расставленные на нескольких столах, дружно звякнули. Ага. По ходу, все время пока мы захлебывались в автоклавах, вояки не переставали долбить стену. Упорные, этого у них не отнять. Но у нас теперь есть чем им ответить. Вернее, в чём.
– Ну что, пошли что ли? – сказал я, снимая автомат с предохранителя. Пока говорил, ощутил, насколько потяжелела нижняя челюсть, защищенная теперь мощным наномышечным корсетом. Нет, ворочать ею было легко, просто ощущение веса добавилось. И на лице, и на всем теле. Солидного веса, который было на удивление легко нести на себе. Непередаваемое ощущение.
– Пошли, – сказала кио, перехватывая пулемет поудобнее. – Только слышь, хвостатый, не мешался бы ты под ногами. А то раздавлю еще ненароком.
Хоть и стала мордочка Рудика почти что волчьей, агрессивной донельзя, но не заметить, как помрачнел спир от услышанного, было сложно. По глазам видно. Глаза-то теми же остались, такими же большими. Только после слов Насти моментально исчез из них нахальный прищур, и стали они большими и печальными. Как у ребенка, которому ни за что отвесили подзатыльник.
– Ну ты это, полегче с ним, – буркнул я. – Чего он тебе сделал-то?
Настя не ответила. Молча повернулась и направилась к стене, за которой уже явственно слышались гулкие удары – похоже, вояки взрывами выдолбили неслабый кусок бетона, и теперь пытались пробиться в лабораторию при помощи кувалд и ломов. Что ж, придется им помочь.
Настя встала возле стены с пулеметом на изготовку. Рудик сделал то же самое, правда отойдя от кио на пару метров правее. Чисто чтоб под ногами не мешаться, как она сказала. Интеллигентный. Даже не послал деву куда подальше, проглотил обиду. Я так не умею. Наверно потому, что в отличие от него не в библиотеке родился и вырос, м-да…
Размышляя о жизни таким образом, я одновременно искал глазами на стене характерную выемку. Ага, вот она. Если не приглядываться, то и не заметишь. Приложил я к ней палец Харона – и едва успел перехватить автомат в боевое положение, так как стена по-моему еще быстрее вниз ушла, чем в первый раз. Скорее не ушла, а рухнула, словно нож гильотины. Наверно какие-то стопорные механизмы военные своими взрывами все-таки повредили.
Мгновение – и я уже смотрю на офигевшие лица вояк, в руках которых зажаты инструменты, которыми они стену ковыряли. Четверо их было, больше видимо не удалось разместить их так вдоль стены, чтоб они друг друга кирками да ломами не покалечили. Этот первый ряд и перечеркнула Настя очередью из своего пулемета. И когда военные попадали на бетонный пол, резанула второй. По тем, кто кучковался у стены, наблюдая за работой товарищей. За девять секунд – девять трупов, по секунде на каждого. Только что были живые люди, и вот уже валяются в лужах крови куски мертвого мяса, почти рассеченные надвое пулями. Везучие люди. К ним Сестра пришла быстро, они поди даже и понять ничего не успели. Отличная смерть! Мне б такую, когда дело дойдет до путешествия в один конец.
Это у меня всегда так – как бой, так в голову философия всякая лезет. Нормальное явление. У кого-то ярость в башке клокочет как дело до стрельбы доходит, кто-то страх глушит воплями, ту ярость имитирующими. А у меня в черепе философские размышления бродят неспешно, словно зомби, бормочащие себе под нос всякую чушь.
Правда, хоть и раздражает меня эта особенность моего организма, но делать свое дело она мне не мешает. Пока Настя короткими очередями добивала раненых – правильная тема, ибо любой раненый, разозленный фактом своего ранения, имеет свойство из последних сил выстрелить в тебя – я скользнул налево, к выходу. И двумя одиночными выстрелами разнес голову и грудь бегущему мне по лестнице навстречу автоматчику в легком бронекостюме, лишний раз убедившись, что АШ-12 на коротком расстоянии оружие страшное в своей мощи.
– За мной! – рыкнул я, бросаясь вверх по ржавым ступенькам. Даже если ты упакован в супернавороченный экзоскелет, эффект внезапности никогда не помешает.
Он и не помешал.
Те военные, что прохлаждались снаружи, вряд ли ожидали, что прямо на них из-под земли выскочит эдакая фантастическая серебристая фигура с мегаубойным автоматом в лапах, и примется выкашивать их короткими очередями словно сорную траву.
Правда, с очередями я слегка просчитался. Не успел привыкнуть к тому, что магазин у автомата всего на двадцать патронов. Поэтому хватило его ненадолго. Но тут Настя помогла. Вовремя подоспела и поддержала из своего пулемета. Рудик тоже подключился, причем завалил двоих, которые надумали атаковать нас с тыла.