Человек с генеральскими звездами на погонах повернул голову в мою сторону. Похоже, кровавые шоу его не интересовали. Просто присутствовал потому, что так надо. Они в «Борге» типа одна большая семья и всё такое, поэтому если даже ты и главарь группировки, от общественного мероприятия типа казни преступника отвертеться не получится.
Генерал прищурился – и я разглядел в его безразличных глазах искру узнавания.
– Снайпер? Ты?
Ага. Значит, моё лицо точно стало прежним. Иначе вряд ли меня узнал бы главарь группировки «Борг», которого я как-то однажды спас в подземельях Саркофага.
Ответа не требовалось. Поэтому я просто стоял, закрыв глаза и подставив лицо дождю. И ждал, что будет дальше. Я знал, что сейчас мои палачи недоуменно переглядываются, а генерал Грачев что-то говорит своим доверенным полковникам, сидящим рядом с ним. Понятное дело, в непростую ситуацию я загнал вожака «боргов». С одной стороны, у него передо мной стопроцентный Долг Жизни. С другой – я убил его людей. Интересно, какое решение он сейчас примет?
– Слушайте все! – наконец раздалось с трибуны. Голос у Грачева был воистину командирский. Зычный, словно рёв головорука, никакого микрофона не надо.
– Однажды этот сталкер спас меня, – продолжил генерал. – И все знают, что в «Борге» долги отдают. Но в тот день я предупредил его, что если он снова перейдет нам дорогу, то лучше ему не попадаться мне на пути. Так вот. Я своей волей отменяю позорную казнь и дарю жизнь этому сталкеру, тем самым возвращая долг.
Возмущенный гул прокатился по трибунам, но Грачев возвысил голос – и недовольные как-то потихоньку заткнулись. Так как он говорил то, что от него хотели услышать.
– Но все мы знаем, что этой ночью он убил двоих и тяжело ранил одного нашего товарища по оружию. Найдутся те, кто захочет получить Долг Смерти с этого сталкера?
Две трибуны буквально взорвались ревом. Хотели все. Дай им волю, разорвали бы меня на части. И, возможно, сожрали – в последнее время на зараженных землях модно хомячить братьев по разуму. Я даже глаза открыл посмотреть, как ревет это стадо, которым столь умело манипулировал генерал.
Однако когда Грачев поднял руку, все тут же успокоились, и над стадионом повисла мертвая тишина. Ничего не скажешь, велик авторитет у предводителя «боргов». Интересно, что же он придумал? Публичное разрезание меня на мелкие кусочки, чтоб никому не было обидно и каждому на память досталось по кровавому сувениру? А то, что останется, пусть живет, пока не сдохнет? Помнится, в Китае так развлекались чуть больше ста лет назад. Жизнь подарена, а уж какой она будет – на всё воля Зоны.
Но я ошибся.
– Пусть долг со сталкера получат Бизон и Капсюль, которые были лучшими друзьями погибших! – проревел генерал. – И да свершится правосудие на этой арене!
– Спасибо, командир!
Два радостных голоса слились в один, после чего с трибуны на стадион, слегка прихрамывая, вылез габаритный красно-черный. По ходу, тот самый, которому я в камере по колоколам зарядил. Надо же, быстро в себя пришел после такого удара.
А второе «спасибо, командир!» прозвучало у меня за спиной. После чего на арену скатился один из моих конвоиров. Ага, теперь понятно. Оба они лепшие кореша тех, кого я завалил. Потому, наверно, и лупили меня столь яростно.
– Ох, не повезло тебе, парень, – сказал добродушный «борг», снимая веревку с моей шеи. – В петле бы ты быстро умер, а эти тебе легкой смерти не дадут. Видел я, как они на арене людей убивали. Страх, да и только!
Но мне были неинтересны ужастики про жестоких и непобедимых убийц. Я думал о том, что, наверно, всё-таки зря я Грачева спас тогда. По ходу, драться мне придется одному против двоих хорошо тренированных «боргов». А в организме, помимо того, что все суставы ныли и мышцы болели, ощущалась противная слабость. Это как с крепкого бодуна против двоих спортсменов-рукопашников выходить. Было б удивительно, если бы без слабости обошлось, когда я и личное время ускорял, и феерических трендюлей огребал, и тело перестраивал при помощи чуждой энергии «фотошопа». Поэтому объективно сейчас Грачев мне только форму казни поменял, суть осталась прежней.
Тем не менее сдаваться без борьбы я не собирался. И даже в какой-то мере был благодарен вожаку «боргов». Сдохнуть в бою для любого нормального мужика лучше, чем в петле. Даже если это окажется намного мучительнее. Поэтому я спустился с вышки-виселицы в несколько приподнятом расположении духа.
То, что убивать меня будут именно так, как сказал добродушный «борг», долго и болезненно, можно было не сомневаться. Оба красно-черных мстителя достали из ножен боевые «Каратели», с клинками, заточенными с обеих сторон, исключительно удобными для убийства себе подобных. Таким ножом достаточно шеи коснуться, а после без особых усилий потянуть на себя. Продуманное лезвие и артерию прорежет, и горло рассечет легко и непринужденно.