— Гарри, отойди от него, — как можно спокойнее попытался сказать он. — Ты не понимаешь, с кем связался. Поверь мне, я ведь всегда был на твоей стороне, даже защищал тебя перед твоей мамой.
Риддл вцепился в его ребенка так крепко, так интимно, что хотелось кричать. Ублюдок, отравивший Дэвида самым жестоким образом. Северус бы понял обычную потасовку: дуэль, да даже мордобой и сломанные конечности. Но то, что он видел… Риддл был болен! Подобная жестокость говорила о том, что Гарри в опасности рядом с ним.
Он не был молодым Северусом Снейпом — обиженным ребёнком, мечтающим обрести власть. Он был слетевшим с катушек психопатом, настолько умным, что смог притвориться обычным несчастным сиротой. Никто, даже сам Северус, не смог его раскусить!
— Нет! — воскликнул Гарри. — Дядя Сев, прошу, не суди его сразу! Он не опасен, правда! Он просто запутался, дай ему шанс! — Гарри резко развернул Риддла так, что теперь он сам прикрывал его своей спиной.
— Гарри… — потрясенно выдохнул Риддл.
— Гарри, ты не понимаешь, что он сделал, — сердце вновь закололо. Никакое зелье не могло спасти его от такого потрясения. — Он отравил Дэвида просто за то, что тот хотел порадовать его. Мальчик гнил заживо несколько часов и всё чувствовал. Ты хоть понимаешь, какое это мучение? Представь, что ты, парализованный, лежишь на кровати, и к невыносимой тоске и отчаянию присоединяется боль!
Риддл вдруг вздрогнул и выпустил Гарри из объятий.
— Я сожалею об этом, — глухо сказал он. — Да, Гарри, Дэвида отравил я. Я был очень на него зол, но больше я злился на себя и не знал, куда выплеснуть эту злость. Я должен был приглядывать за тобой, но не справился с этой задачей — я отпустил тебя на помост, хотя знал, что это опасно. В тот день ты чуть не умер.
Северус не хотел ему верить. Это казалось очередным спектаклем, не больше.
— Я чудом поймал твое тело перед тем, как оно грохнется на огромный острый осколок льда, — продолжал Риддл. — Я обезумел от чувства вины и бессилия. Я до сих пор не понимаю, как смог за секунду пробить защитный купол Флитвика и удержать тебя от падения на этот ебаный осколок! Он должен был воткнуться в его сердце! — безумный взгляд Риддла вдруг упёрся в самого Северуса. — Он должен был умереть, понимаете? Но кто-то словно дал мне второй шанс!
Северус увидел в его глазах то же, что видел в зеркале. Безумную решимость сделать всё, что в его силах, любой ценой.
По позвоночнику побежали колкие мурашки.
— Гарри! Вот он где, слава Мерлину, я так и знал! — приоткрытая дверь ударилась о стену с громким стуком, и в кабинет влетели тупорогий папаша-олень со своим блохастым дружком.
Мистер Риддл тут же заслонил собой Гарри, наставив искрящую палочку на незваных гостей. И это сказало Северусу намного больше, чем все его слова.
Этот монстр влюбился в Гарри без памяти. И это была не простая влюбленность подростка. Это было нечто намного более серьезное, чем он предполагал изначально.
У этих двоих роман. Мерлин, даже звучит абсурдно! Мало того, что они оба парни, так ещё и такие разные, как красавица и чудовище, только у красавицы член, а чудовище нельзя расколдовать в прекрасного принца.
— Папа, — без особого энтузиазма произнёс Гарри, лёгким касанием рук отстранив своё чудовище, словно тот был обычной болонкой. — Привет. Вы чего тут?
— Как чего? Мы обследуем подземелья, оленёнок, — блохастый пристально оглядел его кабинет, словно действительно надеялся подловить Северуса на чём-то незаконном. В школе, полной детей.
Северус уставился в камин, пытаясь настроить себя на дружелюбный лад. Сердце всё ещё кололо после инфаркта, ему нужно было в Мунго, но предстать слабым и больным перед этими двумя он не имел права.
— Вам надо идти в общежитие! — капризно воскликнул Гарри. — Паук ползает где-то у шестой комнаты по коридору, там Дэвид жил! Мы тут дополнительно зельями занимаемся, вообще-то, может, вы уже поймаете эту заразу, па?
Это был шанс Северуса сказать, кто на самом деле виновен в происшествии. Риддла начнут таскать по допросам, быстро вытянут из него правду, и он, скорее всего, отправится в Азкабан. А Гарри останется один: несчастный, обиженный и злой из-за того, что его первая влюбленность закончилась так печально.
Но ничего, он сможет это пережить.
— Гарри, прояви немного уважения, — сказал он спокойно. — Это представители официальной власти, а не твои отец и крёстный. Господа, комната Дэвида находится в левом коридоре справа, шестая по номеру. Внимательно её осмотрите.
Лицо Гарри просияло, а Риддл просто кивнул ему.
Северус принял непростое решение. Риддл пока был нужен для исцеления Гарри, мальчишка уже что-то нарыл, возможно, он сможет найти решение. Когда Гарри окажется здоров, вот тогда Северус избавится от него.
Пока этот цербер стоит на страже Гарри, мальчик в полной безопасности от внешних угроз.
— Северус, здравствуй, — противно улыбнулся Блэк. — Приказы отдавать научился? Ну-ну.
— Сириус, сейчас не время, — приструнил его Поттер-старший. Он обнял Гарри и взлохматил его волосы, с подозрением разглядывая Риддла. — Это твой друг, сынок?
— Да пап, это мой друг Том Риддл. Он маглорожденый, — Гарри попал в цель — взгляд Джеймса тут же смягчился.
— Приятно познакомиться, сэр, — Риддл без капли неуверенности подошёл к Джеймсу и крепко пожал ему руку.
— Зельями, значит, занимаетесь? — влез Блэк.
— Скорее прячем Гарри от паука, с его-то везением… — притворщик Риддл хитро улыбнулся и протянул ему руку, и блохастый расплылся в ответной улыбке.
Не прошло и пяти минут, как оба аврора, чья работа заключалась в поимке преступников, уже были совершенно очарованы одним из них.
— Нам пора, там куча авроров и магозоологов, надо скоординироваться, — Джеймс хлопнул по плечу тискавшего Гарри Сириуса. — Том, приятно было познакомиться, надеюсь, ты приедешь к нам в гости на каникулы.
— Взаимно, сэр. Обязательно приеду.
Северусу доставляло удовольствие наблюдать за резиновой улыбкой и холодной ненавистью в глазах Риддла, с которыми он следил за тем, как руки Блэка касаются Гарри.
Может, ему повезёт, и Риддл отравит Блэка?
Мерлин, какая чушь в голову лезет.
— Сядьте, оба, — скомандовал Северус, когда дверь за аврорами закрылась.
Гарри и Риддл покорно уселись в кресло. Одно на двоих.
Северус теперь понимал отцов, которые следовали по пятам за своими дочерьми, когда те приводили в дом парня, боясь оставить детей наедине.
Наблюдать, как Гарри ёрзает, задевая колени Риддла, а тот крепко его обнимает за пояс, было мучительно. Судя по всему, для них это было настолько привычно, что они даже не задумались о том, что находятся в присутствии декана.
— Я ничего никому не скажу о Дэвиде, — строго сказал он. — Вам повезло, что он не умер.
— Везение тут ни при чём, — тут же возразил Риддл. — Я точно отмерил дозу, он бы не умер, даже если бы его не нашли вообще. Паралич бы спал, некроз прекратился бы ещё раньше. Я не убийца, декан.
Северус вглядывался в его лицо, но не мог понять, лжёт он или говорит правду. Когда дело не касалось Гарри, Риддл не проявлял никаких эмоций.
— Как вы это сделали? — любопытство всё же пересилило.
— Сварил яд на основе собственного яда тарантула, который бы вступил в реакцию с теми зельями, что пил Дэвид, чтобы было похоже на аллергию, ввёл его в железы паука и приказал ему укусить Дэвида. Паука, кстати, поймали соседи по комнате Дэвида, он теперь живёт у них в террариуме, так что авроры скоро свалят. В железах паука они найдут остатки яда, но из-за того, что прошло много времени, не смогут понять, что он рукотворный, так что все решат, что это паук-мутант.
Северус испытал невольное восхищение.
Сварить яд, который вступит в реакцию с другим зельем, предугадать их взаимодействие, отмерить дозу… Это казалось невозможным, но всё прошло так, как Риддл и задумывал.