Снейп и так вмешался в таинство жизни и смерти, предназначения и судьбы, и рвануло из-за этого знатно: в их мир пришла неизвестная тварь, вселилась в младенца и пожирает его вот уже шестнадцать лет. Том не собирался повторять его ошибок.
— Это хорошие новости, — сдержанно кивнул Дамблдор. — Я посмотрю, что можно сделать.
Наверное, на лице Тома было написано такое облегчение, что Дамблдор лукаво улыбнулся, сверкнув глазами из-за очков-половинок.
— Ты очень привязан к Гарри, правда? — спросил старик напрямую.
— Да, сэр, — вырвалось у Тома. Захотелось тут же зажать ладонями свой болтливый рот. — Я знаю, вы мне не доверяете, считаете меня исчадием ада, и я не против. Но если дело касается Гарри, я хочу, чтобы вы знали: я не обманываю, не использую в своих целях ни его, ни вас. Я просто очень хочу, чтобы он был жив и здоров. И я надеюсь, что и вы хотите того же, хотя бы потому, что такая же беда произошла с вашей сестрой.
Дамблдор погладил свою длинную седую бороду, внимательно посмотрел в глаза Тома и кивнул.
— Я не сомневаюсь, что ты думаешь, что любишь Гарри, — сказал он серьезно. — Но не забывай вот о чём, мой мальчик. Настоящая любовь требует полного доверия, открытости и уважения желаний партнера. Помни об этом, хорошо?
— Я запомню, — Том опустил взгляд, не в силах смотреть в проницательные голубые глаза старика. Он, казалось, знал, видел Тома насквозь.
Доверие — вещь странная. Гарри мог доверять Тому, без сомнений. Потому что во всём, что касалось его самого, Том имел самые честные и серьёзные намерения. Но для остальных таких привилегий не полагалось. И если Том утаивал от Гарри многое, то только потому, что не хотел его расстроить.
«Ты не хочешь его потерять, — возразил проклятый голос разума. — Ты знаешь, что если он увидит твою тёмную сторону, он бросит тебя. Ты врёшь ради себя, а не ради него».
Том поморщился, но принял это объяснение.
— Поспеши на ужин, Том, — Дамблдор вдруг растерял всю серьёзность и подмигнул ему. — Сегодня, я слышал, будут восхитительное жаркое и вишневые пирожки.
Он двинулся вперёд по коридору, тихонько насвистывая себе под крючковатый нос.
«Всё-таки, странный он», — постановил Том.
Директор мог сколько угодно строить из себя чудака, доброго дедушку и сумасшедшего мага в одном лице, но это не обманывало Тома. Старика нужно было опасаться, и в первую очередь из-за таких вот с виду добродушных советов. Директор знал, что Том нечестен с Гарри, и показывал это ему, чтобы предупредить: ты Гарри не пара.
«Не ему это решать. Никому, кроме меня и Гарри. Я справлюсь, я всегда справлялся!»
«Он из светлой семьи, он полукровка, и он сын знаменитого аврора. Вы с ним не пара — это было ясно сразу. Ты — воплощение всего того, что он и его семья презирают. У вас нет будущего», — тут же вмешался внутренний голос.
Какая-то часть Тома уже давно это знала. С тех самых пор, как Гарри сказал, что боится, что Том может причинить кому-нибудь вред. Но он не хотел думать об этом.
А стоило.
Если он хотел быть с Гарри, он ДОЛЖЕН был забыть о желании растерзать виновника его падения. И он должен быть осторожнее с Дамблдором, нельзя вот так в лоб намекать ему о Снейпе. Нужно зайти издалека.
На ужин Том еле успел.
Флинт сидел напротив, как и всегда, и выглядел как обычно. Он не бросал торжествующих взглядов исподтишка, не ухмылялся и не шутил с многозначительным видом. Он, сдвинув густые темные брови, изучал яркую брошюру с эмблемой Сенненских соколов и тихо переговаривался со своей подружкой Самантой Уоррен о перспективах этой команды.
Интуиция Тома говорила, что этот след — ложный. Но последнее время он много чего упускал из виду.
Краем уха он уловил другой разговор соседей Флинта.
— Так он возвращается? Я слышал, его отец хотел перевести его в другую школу.
— Нет, Дэвид уговорил его вернуться в Хогвартс.
— Наверняка это все из-за тебя.
Том глянул на зардевшуюся подружку Дэвида. Он постоянно забывал её имя, настолько оно было невзрачное, как и её происхождение, как и внешность. Большую часть времени он просто забывал о её существовании.
Девчонка заметила его взгляд и быстро отвернулась.
Миранда? Мелинда? Какое-то дурацкое простое имя.
— Мелоди, они выяснили, кто за этим стоял? — спросила девушку её соседка, раскрыв тайну имени.
— Они думают, это просто паук-мутант, — со злостью ответила та и вновь глянула на Тома. — Но я в это не верю! Это всё не просто так!
Может, это она? Как-нибудь поняла, что за отравлением стоит Том, вот и решила отомстить. По закону жанра это всегда самый незаметный и неочевидный человек.
— Флинт какой-то подозрительно тихий, даже не огрызается, — зашептал ему на ухо Драко, глядя на Флинта так же пристально, как сам Том.
Мерлин, столько подозреваемых!
Рыцари его ордена не могли этого сделать, они давали клятву не причинять вред Тому ни словом, ни делом, ни намерением. Столкновение Гарри — это вред для Тома, магия в этом вопросе была однозначна, и если бы кто-то из них сделал это с Гарри, он бы был уже мёртв, его убила бы собственная магия.
Но, помимо рыцарей, было столько кандидатов! Том перевёл взгляд на непрестижные места.
Паркинсон о чем-то шепталась со своей подружкой Булстроуд, но подозревать её было смешно. Она отказывалась выходить из комнаты, если у неё сломался ноготок, считала, что настоящая ведьма должна только украшать собой балы и праздники. Представлять её, пробирающейся по коридору и толкающей Гарри в спину, было просто нелепо, у неё не хватило бы ни мозгов, ни решимости.
Но всё же Паркинсон мечтала залезть к Тому в штаны. Ревность — очень сильное чувство, из-за неё человек может сделать то, что от него не ожидалось вовсе.
Гринграсс и Дэвис вообще обитали в параллельной вселенной, их интересовали только книги и академические успехи, но Том не знал, кто они на самом деле и о чём мечтают, раньше они для него просто не существовали.
Том вдруг наткнулся взглядом на смотрящего на него Теодора и незаметно накинул на них с Малфоем заглушку.
— Может, это Тео мстит тебе? — Драко тоже его заметил. — Слабо в это верится, но все же… У меня уже кончились идеи. Может, раз ты его изгнал, клятва больше не действует?
— Не думаю, — Том очень в этом сомневался, хотя непонятно было, как именно теперь работает клятва после ритуального изгнания. Теодор знал, что Том изменился, и был благодарен за то, что его так просто отпустили.
Но… Он пережил очень непростой месяц из-за Тома. Кто знает, что пришло в его голову во время травли.
— Мордред, это нереально, — Драко злился, и это было понятно, ведь Том пригрозил ему расправой, если Драко не справится с заданием. — Меня, конечно, сильно раздражает Поттер, но столкнуть болезного с лестницы — это всё равно, что котенка пнуть! Может, это тот его дружок с Гриффиндора? Уизел? После той травли, что ты ему устроил, ему, наверное, очень хотелось отомстить. Или Пивз! Точно, вдруг он так отчаялся, что не может конкурировать с его стихами, что психанул и толкнул!
Том прикрыл веки.
Голова уже гудела от подозрений, паранойя вышла на некий новый уровень. Ему казалось, что это какой-то заговор. Он был растерян, не знал, как поступить. Ядовитые муравьи вернулись и кусали его грудь, руки, спину, головная боль нарастала, обвивая стальными тисками череп.
— Уизли, — процедил он. — Займись им, Драко. Вытряси из него всю душу, но выясни, причастен ли он. А так же девчонка Дэвида, Флинт, Теодор и Паркинсон. Ты хоть знаешь, что нужно делать? С чего начать?
Тот обреченно вздохнул и ничего не сказал.
«Он же не чёртов детектив! Не требуй от него слишком много».
Том скрепя сердце согласился с голосом. Он требует от Малфоя того, что тот просто не умеет делать.
— Сначала узнай, кого из них не было в гостиной в то время, когда его толкнули, порасспрашивай старост и однокурсников. Это первый шаг, который отсеет всех ненужных. Затем, если они отсутствовали, проверь их алиби. Если кого-то не было в гостиной в то время, и если никто не сможет сказать, где он был, это и будет подозреваемый. Дальше нужно переходить к прямому воздействию, — терпеливо объяснил он.